Голые чувства

Всё, что он перед собой видел, — тварь, посмевшую обидеть его любимую женщину.

— Понял за что? — прорычал Данил зло.

— Вы всё не так поняли! — заголосил телохранитель. — Она отказывалась ехать домой, что мне было еще делать?!

— Мне позвонить! — рявкнул Хватов.

Снова занес кулак, но от второго удара Прохоров увернулся, откинул стул назад, вскочил с места.

Данил так и не понял, хотел он напасть на хозяина или нет, но его опередили. Двое других телохранителей Хватова, поджидавших у двери, тут же подлетели, скрутили нерадивого коллегу, повалили на пол и от души надавали по ребрам.

Очень скоро Прохорова вышвырнули за ворота особняка. И Данил решил лично позаботиться о том, чтобы работу телохранителем этот придурок больше не получил никогда. Доверяй такому самое дорогое…

Ладно, с этим козлом разобрался, но как быть со Сладой? Она ведь и говорить-то ему не собиралась — вот что разозлило Данила больше всего. Боялась, что на нее снова падут подозрения в измене?

Сколько же проколов он совершил, пытаясь ухаживать за Миловой? Не счесть их, похоже. Девчонка совершенно ему не доверяет… Надо как-то это исправлять. Теперь он будет трижды проверять всех, кто будет иметь к Сладе даже косвенное отношение, а также окружит драгоценную девочку тройной заботой и вниманием.

* * *Слада проснулась от звонка телефона. Судорожно открыла глаза, уставилась на будильник — семь сорок! Слава богу, что позвонил мобильный, и она не проспала слишком сильно.

Но почему она не услышала трель будильника? А, верно, она просто забыла его вчера поставить. Впрочем, после всего произошедшего и не мудрено.

Глянула на экран мобильного, а там светилось белым имя «Каролина». И Слада тут же перезвонила.

— Привет, сестричка! — слабым голосом проговорила Милова-старшая.

Каролине сделали операцию, как только она улетела в Швейцарию. Поначалу всё шло отлично, она хорошо перенесла саму процедуру, пошел процесс заживления, а потом подхватила где-то простуду. И это при всем том замечательном уходе, которым ее окружили. После этого воспаление, курс антибиотиков и прочее и прочее. Лишь недавно пошла на поправку, чему Слада была несказанно рада, ведь несмотря ни на что любила сестру.

— Привет! — улыбнулась Милова-младшая, даже зная, что старшая не видит ее улыбки.

Где-то читала, что, когда говоришь по телефону с улыбкой, собеседник это слышит в интонации. Хотелось передать чуточку позитива.

— Ой, я так рада, что ты перезвонила! Боялась, вдруг ты уже на работу собираешься и тебе не до меня, — говорила Каролина. — Как ты, Сладка? Я соскучилась по тебе…

Раньше таких слов от Каролины было никогда не услышать, но после того, как она улетела в Швейцарию на деньги Хватова, стала с сестрой предельно мила.

— Я — нормально, с работой порядок, — ответила Слада.