Неверный

— Вам не нравится салат? Заказать что-то другое? Может, креветки? — спрашивает Айдаров. У меня немеют кончики пальцев.

Раньше я обожала креветки, а во время беременности так их объелась, что до сих пор не могу выносить даже одного их вида. Но зачем бывший муж демонстрирует такое внимание? Какое ему вообще дело до моей тарелки?

— Оставьте мою сотрудницу в покое, Рустам Усманович, — вмешивается Славина, — лучше поделитесь вашими планами на завтра. Вы завтра еще будете в городе?

— Да, я хотел бы осмотреть помещения, где вы планируете установить оборудование, — отвечает Рустам, а я через силу начинаю жевать свои салатные листья.

Аппетита ноль. Вкуса не чувствую вообще, хотя этот салат я люблю. Но лучше глотать безвкусную еду, чем привлекать внимание бывшего мужа.

К счастью, разговор вновь перетекает в нужное русло совместного бизнеса. Но у меня появляется новая проблема. Ноги Айдарова. Как минимум одна из них, левая.

Почему-то она все время оказывается под столом возле моей. Брючная ткань цепляет мои щиколотки, и я вздрагиваю будто через меня пропускают электрический ток. Отодвигаю ногу как можно дальше, но я и так уже рискую выставить их прямо в проход."

"— Перебирайтесь к нам, Рустам Усманович, — тем временем Олеся заливается соловьем, — ну в самом деле, туда-сюда мотаться вам будет накладно. А у нас хорошо. И цены на квартиры не то что в столице.

— Олеся права, — поддерживает ее Каменецкий, — в любом случае в первое время ваше присутствие будет более чем желательно.

— Семью тоже перевозите, — не унимается Славина, и я чуть не давлюсь салатом. — Жену, ребенка.

— Я не женат, — отвечает Рустам, при этом поворачивается и смотрит на меня. Локон, выбившийся из прически, падает на лицо, и мне страшно, что сейчас он вспыхнет как фитиль, так горят мои щеки.

Почему я так реагирую? Мне должно быть совсем, полностью, абсолютно наплевать, женат Рустам или нет.

— Правда? — Олеська даже не пытается скрыть торжествующие нотки. — А я слышала…

— У меня есть сын, — опережает ее Айдаров, — но он живет со своей матерью. А я разведен.

Я пытаюсь успокоить сердце, скачущее по грудной клетке как теннисный мячик. Айдаров не стал уточнять, что развелся он совсем с другой женой, не с матерью его сына. Со мной.

Или они были женаты и развелись?

Боже, зачем я вообще об этом думаю. Мне же все равно.

Все равно. Все равно. Все равно.

Все равно, что Рустам не женат на Лизе. Все равно, что они вместе не засыпают и не просыпаются. Что она не готовит ему завтраки, а он не вламывается к ней в ванную, когда Лиза собирается принять душ.

Что мне дает это знание? Это что-то для меня меняет? Ничего. Абсолютно.

К тому же, что мешает Рустаму периодически спать с Лизой? Тоже ничего.