Новобрачная

Жестом Даниел успокоил своих воинов и только потом ответил на замечание Алека:

– Ей нужна не только твердая рука, но и хорошая плетка. Всю дорогу она изводила меня своими жалобами. Ты представляешь, ей не нравится, что у меня есть другая женщина!

– Все они одинаковы, – ответил Алек улыбаясь.

– Может быть, оставить ее с Джейми…

– Тогда я объявлю тебе войну. Мери принадлежит только тебе.

Даниел вытащил из земли меч и вложил его в ножны.

– Твоя жена защищает Мери, но та постоянно оскорбляет меня. Можешь себе представить, она обозвала меня свиньей?

– Ты слышал оскорбления и похуже.

– Да, но от мужчин, и никто из них не ушел от возмездия.

– Моя жена сильная женщина, – сказал, улыбаясь, Алек.

– А моя ведет себя, как трусливый кролик.

– Я охотился за людьми, напавшими на Ангуса, когда узнал, что ты объявил мне войну, – сказал Алек, меняя тему разговора.

– Я слышал об этом, – ответил Даниел. – Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? Уверен, это дело рук баронов.

«Баронами» называли людей, изгнанных из своих кланов и объединившихся в банду разбойников. Прозвали их так, чтобы досадить англичанам, для которых этот титул был почетным. По мнению шотландских горцев, эти люди были столь же мерзкими, как и англичане, и так же не соблюдали правил честного боя.

За всю дорогу до дома Алека друзья не проронили ни слова. Джейми и Мери находились во дворе замка, когда в ворота въехали их мужья. Джейми, завидев мужа живым и невредимым, засияла, но взглянула в лицо Алека, и улыбка сползла с ее лица.

– Даниел сейчас убьет меня, – прошептала Мери, хватая сестру за руку.

– Улыбайся, Мери! Пусть он думает, что ты ничего не боишься.

Алек спешился и медленным шагом направился к жене. Выражение его лица было таким, что от него свернулось бы и молоко. Набрав в легкие побольше воздуха, Джейми опередила его:

– Успешной ли была твоя охота, муж? Алек, казалось, не слышал.

– Как ты могла без моего ведома разрешить поселиться у нас леди Фергюсен? – спросил он в свою очередь.

– Поселиться? Мне и в голову не приходила такая мысль, муж.

– Не лги!

От стыда Джейми покраснела, как маков цвет: он опозорил се в присутствии посторонних!

– Мери попросила у меня разрешения пожить здесь, и я согласилась, – сказала она. – Мой долг защищать сестру.

– Защищать от собственного мужа?

– Если муж грубиян, то несомненно. – Джейми бросила на Даниела презрительный взгляд. – Он оскорбил ее в самых нежных чувствах, Алек. Что, по-твоему, я должна была делать?

– Заниматься своими собственными чувствами, – рявкнул Алек.

– Но он был груб с ней!

– Да, груб! – закричала Мери, прижимаясь к сестре.