Очаровательная блудница

Правда, шофер «КАМАЗа» вместе с иными новостями о жизни в этом заглухающем краю поведал – нельма еще водилась в разгороженной на участки несокрушимыми заломами реке. Нельма – рыба редкая, запретная и потому сладкая. Еще говорил, медведей развелось, что особо наглые на помойках живут, народ пугают, и бобров на Карагаче теперь столько, что в пойме от осин и тополей одни пни стоят.

Но это все относилось к ценностям самовосполнимым.

И оставалось единственное рукотворное богатство в этой земле, о котором знал только узкий круг и которое могло погибнуть безвозвратно, если уже не погибло, – официальная версия, которая вела Рассохина на Карагач.

Он связался с Бурнашевым по космическому аппарату – еще одному, выданному, а теперь приобретенному на экспедиционные деньги, и сообщил, что добрался нормально, и услышал в ответ:

– Пожалуй, я тоже на днях рвану за тобой! На машине, с оборудованием. Возможно, уже завтра.

Был уговор не предпринимать никаких действий, пока не разрешится ситуация с исчезнувшим Галицыным.

– Мы же договаривались! – возмутился Станислав Иванович. – Что за самодеятельность? Сиди и жди команды!

– Да меня сын уже достал! Требует выезжать немедленно. На его джипе.

– Чей сын? Твой, что ли?"

"– Ромка Галицын, рвется искать отца! Нас подозревает в мошенничестве. Грозится бандюков натравить!

– С какой стати?

– Понимаешь, Галицын ему вчера позвонил, сказал, пришлет доверенность. Велел продать дачу и снять в банке пенсию. У него, оказывается, вся пенсия шла на книжку, и деньги он ни разу не снимал. Ромка говорит, хорошая сумма накопилась. Так вот, полковник велел все вырученные от продажи дачи средства вместе с пенсией перевести на какой-то счет!

– Он что, с ума сошел?

– Не знаю! Ромка на меня наехал, дескать, мы авантюру затеяли, чтоб его отца ограбить. Он думает, это мы с него деньги трясем, стервец. Хочет на месте разобраться. Я не могу ему запретить! Он отпуск взял… Ну не посылать же его одного! Без меня таких дел наворотит – не расхлебать.

Рассохин выругался: в самом деле, препятствовать сыну искать отца было невозможно и преступно, тем более в такой щекотливой ситуации, когда получается, что полковника в тайгу посылал он. А тут еще требует продать единственное жилье.

– Может, он сам придумал авантюру? Чтоб дача жене не досталась?

– Да ей еще сидеть семь месяцев!.. Ну, что будем делать, Стас? Ехать-то все равно надо, раз собрались, деньги Колюжного потратили, назад пути нет…

– А как же работа, экзамены у студентов? Не отпустят же!

– Я заболею. Будто бы. С медициной Сашенька все уладила, бюллетень на руках.