Ты всё ещё моя (СИ)

Я с трудом сдерживаю слезы, потому что для меня эта его нежность – на грани выносимого. Внешне трясет, как ни стараюсь сдерживаться. Периодически всхлипываю и чересчур резко вздыхаю.

– Артем… Артем… Люто… Люто… Очень-очень… Тёма… – выдаю между поцелуями.

Он стискивает крепче и замирает. Натужно переводит дыхание.

– Люто, Лиза, – отражает, не в силах приглушить эмоции даже шепотом. – Так, блядь, люто… Улетела стрелка за красную черту…

– Хорошо, хорошо… Хорошо… – одобряю так же взбудораженно, почти растерзанно. – Ласкай меня… Люби… Люби, Чарушин…

Он содрогается, что-то хрипит и ласкает, конечно.

Любит на пределе своих физических возможностей. Долго, неторопливо, тягуче и трепетно. Пока отложенный экстаз не накрывает нас беспощадной волной блаженства.

В следующий раз просыпаемся критически поздно. Часы показывают почти десять. Я, конечно же, тотчас впадаю в панику. Подскакиваю и пытаюсь сообразить, что можно надеть. Вчерашний наряд отметаю сразу, я с ним сама не справлюсь.

– Не кипишуй, – останавливает меня Артем. Пройдясь голышом по комнате, неторопливо натягивает спортивные штаны.

– Что тебе принести? – спрашивает, сонно проводя по лицу ладонью и еще круче задирая торчащие волосы.

– Джинсы и футболку, – прошу почти шепотом и забираюсь обратно под одеяло. Не стоять же посреди комнаты без трусов. – Ну и… – смущенно замираю.

Чарушин склоняет на бок голову и вздыхает.

– Говори, что? Хватит стесняться.

– Белье, – хриплю, продолжая сгорать от стыда.

– Понял.

Едва за Артемом закрывается дверь, бегу в ванную. Первым делом выдавливаю на палец пасту и чищу, как могу, зубы. Умываюсь, писаю и спешу встать под лейку душа.

Дверь в спальне хлопает за пару секунд до того, как я включаю воду. Застываю, накапливая внутреннее напряжение. Жду, не прекращая дрожать. Знаю, что придет.

И Чарушин не подводит. Рвано вздыхаю, когда прижимается сзади. Расталкивая потоки воды, скользит ладонями по моему мокрому телу. Касается губами плеча, шеи – ток по коже.

Не прошло и пяти минут, как я паниковала из-за времени. Но в этот миг никакая паника не способна заставить меня его оттолкнуть. Любим друг друга. В этот раз отчаяннее, пошлее и резче.

Трахая меня, Артем трогает там пальцами. Собирает соки, хлопает по моей плоти, жестко сжимает, а потом заставляет меня эти пальцы сосать.

– Хочешь, чтобы это был мой член?

– Хочу…

– Кончай тогда… И будем сосать…

Едва меня сотрясает оргазм, Чарушин выходит, разворачивает меня и опускает перед собой на колени. Сосу его член и, продлевая оргазм, тереблю свой клитор. Но все так и так заканчивается – спермой в мой рот. Принимаю ее с последними самыми сладкими спазмами-всполохами в своем теле.