Жениться и обезвредить

Бабулечку-ягулечку тяпнуть тоже радость недолгая — и нога у ей костяная, и в кого потом превратит, на раз не угадаешь… А уж невесту вашу Олёнушку тем паче мне укусить было бы неприличественно! Нельзя будущую жену начальника любимого за ножку и помыслить покуситься! Ибо не по-товарищески оно было бы! Хотя вон вы с Маняшей-то, поди…

— Всё сказал? — кротко спросил я.

— А ещё она бесовка бывшая.

— Теперь всё?!

— Куснул бы, да и отравился ещё…

* * *

Дольше он судьбу не искушал, быстренько упрыгав в терем. Я же, наверное, минут десять — пятнадцать топтался у поруба, размышляя над всем, что он мне тут вруливал.

Могло ли быть рациональное зерно во всех этих бреднях? Митька не так глуп и не такой дурак, каким иногда любит выставлять себя в обществе. Если вдуматься, то для человека из глубинки, всего год назад выучившегося читать у дьяка Фильки, он не на шутку увлёкся психологией и делает на этом поприще заметные успехи. Что, если он спонтанно нащупал решение? Я вспомнил о небезызвестном городском юродивом Гришеньке. Интересно, а мог ли он сказать, что ему в последнее время крупно не везёт? Если нет, то к Митиному открытию стоит присмотреться повнимательнее…

Вечер двигался уже по накатанной схеме: везение — невезение, везение — невезение, и так до глубокой ночи.

Кстати, не забыть себе отметить в блокнотике — ночью Лихо спит, видимо, тоже нуждается в отдыхе, и будить его не стоит — себе дороже. Невыспавшееся злобное одноглазое существо способно доставить втрое больше неприятностей. Хотя пока всё это на уровне логических умозаключений, об истинной природе «преступника» мы всё ещё знаем мало.

А ведь я сам, между прочим, уже две ночи практически не спал.

Когда вошёл в терем, то двигался почти как зомби, на полуавтомате, бабка заставила выпить какую-то жутко бодрящую зелёную дрянь. Моя невеста смотрела на меня самым жалостливым взглядом, но при сотрудниках лишними поцелуями не баловала. Матушка царица демонстративно ходила с палочкой, хромая, как Серая Шейка. Или у той уточки было перебито крыло? А, неважно, без разницы…

Сон накатывал как прибой, тяжёлыми волнами, едва не сбивая с ног, но я держался. Возможно, поэтому мои записи в тот вечер были сумбурными и деловыми, без лишней описательности, в меру художественными и очень по существу.

А ещё я пытался выстроить схему «везения — невезения», то есть, по возможности, отыскать во всём этом некую цикличность. Что-то, кажется, получалось, что-то нет… Сравните."

"Невезение. Назим достал из печки перепеченную пахлаву, долго ругался по-азербайджански, махал большим ножом, искал, кого зарезать. Пришёл к выводу, что лучше всего Ваську. Кот орал и сопротивлялся. Обоих разливали водой. Яга пила капли.