Что в имени тебе моем... (СИ)

Дочь я не хочу обременять этим... - он взглянул на притихших женщин и продолжил, - Будьте сегодня моими сестрами.

- Владыка... - на глаза Захарии навернулись слезы, - Позволь обнять тебя, позволь забрать твою боль.

Он протянул им руки, призывая обоих в свои объятия, женщины обняли его с обеих сторон. Чувствуя, что царь дрожит и глубоко дышит, сдерживая слезы, Гульшари, погладила его спину и, уткнувшись ему в шею, прошептала:

- Плачь, Владыка, плачь... В том, чтобы оплакать друга, нет стыда. Плачь.

И плакал царь. Плакал в объятиях тех, пред кем он не постеснялся показаться слабым и уязвимым.

***

Дагон, придя этой ночью в покои Янсиль, обнаружил в саду нового духа растительности. Кариса он прекрасно знал в лицо, а этот новенький ему совершенно не понравился. О чем темный не преминул дать понять субтильному парнишке с зелеными волосенками. Вид разгневанного и подстрекаемого ревностью темного был пугающ и прекрасен одновременно. Но Фрейс видел только его страшную сторону, ибо красота интересовала духа растительности только в зеленом царстве растений, и на дышащие угрозой слова, что он здесь делает, Фрейс слегка заикаясь, честно ответил:

- Р-р-розу выращиваю для п-п-принцессы.

- Дай сюда розу, и свалил отсюда быстро, и чтобы я тебя здесь больше не видел!

Видя, как закручиваются смерчи тьмы вокруг злющего темного, Фрейс счел за благо отдать розу без возражений. Дагон при виде дивного цветка смилостивился и заговорил уже нормально:

- Я тебя здесь первый раз вижу. Как тебя зовут?

- Я Фрейс. Из Фивера. Был смотрителем царского сада, - мечтательно протянул молодой дух растительности.

- Меня зови Дагон, - они пожали друг другу руки, - А здесь как оказался?

Фрейс пугливо огляделся по сторонам, сделал темному знак приблизиться и зашептал:

- У нас тут... в Фивере... на днях царь Александр умер...

- Угу.

- Да. Он болел давно... Ну... потому что его брат травил... Баллерд. И теперь этот Баллерд стал царем.

- А тебя это как касается? Не пойму.

- Да тихо ты... А я травку одну вырастил, хорошую, - Фрейс гордо приосанился, - Короче, с помощью этой травки, царь Александр хоть и был при смерти, но смог зачать сына.

- Да ты что?

- И теперь я ужасно боюсь. Если этот Баллерд узнает...

- И что тебе тот Баллерд сделает?

- Ты не понимаешь, Баллерду служит злой, - он прошептал Дагону на ухо о ком идет речь, - Мне не жить.

- Успокойся, мы все уладим.

Дагон был уверен, что сможет помочь мальчишке Фрейсу, потому что с тем злым, которого Фрейс боялся как огня, он имел неплохое общение, и надеялся при случае замолвить словечко.

- Ладно, что розу вырастил - молодец. А теперь исчезни.