Чужой своим не станет

Обергруппенфюрер перевел взгляд на механика, выглядевшего совершенно спокойным. Разглядев в лице Кальтенбруннера следы тревоги и стараясь перекричать работу двигателей, механик громко сообщил:

– Им сейчас не до нас. Мы для них – слишком малая цель. Бомбардировщики в сопровождении истребителей летят на Берлин!

О бомбардировке столицы механик сообщил безо всяких эмоций, как если бы речь шла о чем-то обыденном. И сам Кальтенбруннер воспринял сказанное без внутреннего содрогания, окончательно привыкнув к тому, что столицу Германии уже давно бомбят как русские, так и их союзники.

А ведь были времена, когда синеву неба невозможно было рассмотреть из-за огромного количества немецких самолетов, летящих на восток. Сейчас такого уже не увидишь.

Вскоре показался Растенбург.

Обергруппенфюрер пытался распознать среди густо растущих деревьев «Волчье логово». Однако под крыльями самолета был однообразный унылый лесной пейзаж, ничем не отличающийся от зеленого массива, над которым они летели последние полчаса. А ведь там, внизу, скрывался настоящий город, если не больше самого Растенбурга, то, во всяком случае, равный ему по площади. Инженеры потрудились на славу.

Летчик уже совершал уверенные маневры на разворот. Дальше – посадка. И тут с левой стороны обергруппенфюрер увидел яркую вспышку, за ней еще одну, такую же ослепительную. Самолету подавали сигналы на снижение, показывая местоположение взлетной полосы.

Шасси ударились о твердую поверхность, лежащую между двумя мерцающими огнями, «Хейнкель-70» уверенно покатил по бетонной полосе; через пару сотен метров он остановился перед густым лесом.

Механик открыл дверцу и спустил трап, несильно стукнув металлом о каменную твердь.

– Прошу вас, господин обергруппенфюрер.

Поблагодарив летчиков легким кивком, Кальтенбруннер сошел на взлетную полосу, за ним проворно сбежал адъютант.

Немного в стороне стояли несколько офицеров. Среди них выделялся высокий капитан со строевой выправкой. Увидев вышедшего из салона Кальтенбруннера, он устремился к нему широким, но неторопливым шагом.

– Хайль Гитлер! – поприветствовал он начальника службы имперской безопасности.

Обергруппенфюрер лениво вскинул руку.

– Капитан Овербах, адъютант генерал-фельдмаршала Кейтеля, – представился офицер. – Генерал-фельдмаршал отправил меня встретить вас и проводить в его блиндаж.

– Показывайте, – произнес Кальтенбруннер.

За прошедший месяц в Ставке народу значительно прибавилось. Занятые делом, люди сновали из одного бункера в другой. Среди персонала было немало женщин. Встречались и прехорошенькие. Обстановка крайне деловая: смеха и шуток не слышно. Ощущалось близкое присутствие войны.

По всему периметру в несколько рядов была протянута колючая проволока.