Чужой своим не станет

Обергруппенфюрер Кальтенбруннер перешагивал через ямы, перепрыгивал через рытвины. Обошел небольшой луг с высокой травой – на некоторых участках аэродрома рос ковыль с какой-то сорной травой, еще недавно этого не было. Это не халатность, а осознанная предусмотрительность. Аэродром буквально сливался с окружающей местностью, и подобная имитация под поля и канавы была способна ввести в заблуждение даже опытного летчика.

Взлетную полосу не разглядеть – она покрашена под цвет окружающей местности, а рядом, буквально в метре от нее, буйно колосилась рожь.

Самолеты, спрятанные под маскировочные сетки, стояли вразброс почти у самых границ аэродрома, этого требовала дисциплина маскировки. Выглядеть на общем фоне почти невидимыми им помогала дополнительная окраска – темно-зеленая, пятнистая, делающая объекты совершенно незаметными.

У самой кромки поля стоял двухмоторный «Хейнкель-70». Рядом, встречая обергруппенфюрера, вытянулись капитан Люфтваффе и механик.

– Все готово? – спросил начальник имперской безопасности, пожимая руку летчику.

В вопросе не было необходимости, каждый из ожидавших отменно знал свое дело, в чем Кальтенбруннер убеждался не однажды, летая именно на этом самолете и с этим экипажем.

– Так точно, господин обергруппенфюрер. Прошу вас в салон.

– Сколько нам лететь?

– Если ничего экстренного не произойдет, то немногим более часа.

Руководитель имперской безопасности нахмурился.

– Вы не верите в самолет?

– Верю, как себе, господин обергруппенфюрер. Машина очень надежная и ни разу меня не подводила, но мы находимся на войне. А потом все летчики немного суеверные.

– Я вас понял… Только давайте попробуем без всякого экстрима. Я этого очень не люблю. Мне еще нужно вернуться – дел невпроворот!

– Сделаем все возможное, господин обергруппенфюрер, – охотно отозвался капитан.

Когда заурчал двигатель, Кальтенбруннер испытал облегчение. На этом типе самолета ему приходилось летать и раньше, в тридцать седьмом, в качестве обычного пассажира. Вот только авиационные конструкторы вскоре быстро выяснили, что такой надежный самолет можно использовать и в качестве скоростного бомбардировщика.

Через иллюминатор обергруппенфюрер смотрел на прижатую к земле порывами ветра рожь. Слегка качнувшись, самолет тронулся и заторопился на взлетную полосу. Когда машина начала разбегаться по твердому бетонному покрытию, крылья мелко завибрировали, самолет взлетел и вскоре затерялся в облаках."

"Через полчаса полета, глянув в иллюминатор, Кальтенбруннер увидел у самого горизонта плотную группу русских самолетов. Вот один из истребителей неожиданно отделился от группы и направился в сторону бомбардировщика, но через какое-то время, видно, раздумав, вернулся в строй.