Эрагон. Книги 1-4

Но дело в том, что он настолько окутан самыми различ­ными чарами, что нет ни малейшей возможности к нему подобраться и причинить ему какой бы то ни было вред. Эрагону повезло больше других: Гальбаторикс не хочет его убивать, так что он может и не один раз предпринять по­добную попытку. Но даже если он сто раз нападет на Галь­баторикса, пытаясь застигнуть его врасплох, ему все равно не пробиться сквозь эту магическую защиту.

— У каждой загадки есть разгадка, а у каждого чело­века — какая-нибудь слабость, — стояла на своем Насуа­да. — Может быть, Гальбаторикс любит кого-то из своих наложниц?

Но Муртаг так на нее посмотрел, что она поняла: мож­но было и не спрашивать.

— Неужели будет так уж плохо, если Гальбаторикс бу­дет продолжать править? Тот мир, которым он правит, пожалуй, даже хорош. Если он победит в этой войне с Вар­денами, в Алагейзии наконец-то воцарится мир. А затем Гальбаторикс положит конец бесконтрольному использо­ванию магии; эльфы, гномы и люди не будут больше иметь поводов для ненависти друг к другу. Мало того, если вар­дены проиграют эту войну, мы с Эрагоном сможем жить вместе, как и следует братьям.

— Вон как ты заговорил? А со мной что же будет? — спро­сила Насуада. — Ведь если Гальбаторикс выиграет войну, я стану его рабыней, и он будет приказывать мне все, что хочет! Так ведь? — Отвечать Муртагу явно не хотелось; она видела, как он напряжен, как сильно он сжал кулаки — так что выступили вены на тыльной стороне ладоней. — Ты не можешь сдаться, Муртаг! — воскликнула она.

— А разве у меня есть выбор? — крикнул он в ответ, и ему ответило гулкое эхо.

Насуада встала и посмотрела на него сверху вниз.

— Ты можешь сражаться! Посмотри на меня… Посмо­три же! — Он неохотно поднял глаза. — Разве ты не мо­жешь найти возможность ему сопротивляться? Можешь! Если даже данная тобой клятва помешает тебе, даже если она позволит тебе только самый крошечный бунт, то и это может оказаться ключом к уничтожению его власти над тобой. Ты говоришь, есть ли у тебя выбор? Можно, конечно, всю оставшуюся жизнь прожить, чувствуя себя беспомощным и жалким. Можно позволить Гальбаториксу окончательно превратить тебя в чудовище.

— Нет, что ты! — вырвалось у него.

— Тогда сопротивляйся, черт тебя побери! Ты дол­жен бороться, иначе утратишь все, даже собственное «я». И Торн тоже погибнет."

"Она не отступила, когда Муртаг вскочил, ловкий и гиб­кий, как кот, и двинулся на нее. В итоге его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее лица.