Физрук

— Спасибо! — сказал «важняк», и снова обратился ко мне: — Вы все-таки предъявите документы.

Под пристальным взором следователя, я достал паспорт. Кравцов полистал его.

— Прописаны в общежитии номер восемь? — уточнил он.

— Совершенно верно, товарищ следователь, — ответил я.

— И проживаете там же?

— Да.

— Где и кем работаете?

— В школе номер двадцать два, преподавателем физкультуры.

— А так вы тот самый Данилов, о котором рассказывал старшина Сидоров?..

— Да, его сын, Арсений, ученик моего класса.

— Все верно, товарищ Данилов, — заметно смягчившись, произнес «важняк», возвращая мне паспорт.

— Большое спасибо за помощь!.. Хочу предупредить заранее, что в интересах следствия вы не должны никому рассказывать о происшедшем, ну и мы вас еще побеспокоим для уточнения всех обстоятельств. А пока мы возьмем с вас объяснение.

Мои показания наскоро зафиксировали на месте и отпустили. Купить в подарок сережки я не успеваю, мне пора на урок, а магазин, конечно же, закроют на переучет. Есть ли в городке еще один ювелирный? Возможно, но на выяснение этого вопроса у меня тем более нет времени. А во-вторых, слова Кравцова «еще побеспокоим» означают, что по делу я прохожу, в лучшем случае, как свидетель, а в худшем — как возможный подозреваемый в соучастии.

Веселенькие дела…

Несмотря на то, что времени у меня было в обрез, я все же заскочил в универмаг и купил большущую куклу. Глупо, конечно, но времени на размышления у меня не было. Сима собирала гостей в шесть часов вечера. Надо будет еще успеть по дороге к ней цветы раздобыть. А завтра мы вообще в поход отправляемся. Так что даже не выпить на Дне Варенья, придется сосать газировку.

В школу я ввалился за минуту до звонка.

Спрятал коробку с куклой в тренерской и бегом в учительскую за журналом. Сегодня у меня было три занятия. Я уже наблатыкался в преподавании физкультуры, так что мне никакая комиссия была не страшна. Завершив третий урок, я схватил частника. Надежда купить сережки все еще брезжила в моей душе. Я попросил водилу отвезти меня к ювелирному, но не к тому, что в центре, на что услышал:

— Так он уж год, как на ремонте!

— А где цветы можно раздобыть?

Мужик посмотрел на часы.

— В это время, — сказал он, — только у бабы Милы.

— Можете отвезти меня к ней?

— Запросто!

Загадочная баба Мила жила на отшибе, но частник мне попался лихой и его видавший виды «Москвичонок» бодро игнорировал недостатки дорожного покрытия.

В общем, к дому, где живет Серафима Терентьевна Егорова, мы подкатили без пяти шесть. Дверь мне открыла пожилая женщина, улыбнулась и сразу стала похожа на Симочку.

— Проходите-проходите, молодой человек, — проговорила она. — Ждем… Сима! К тебе еще гость!

В прихожую выскочила виновница торжества, причесанная, накрашенная, нарядная — не узнать.