Физрук

— Я одного не пойму — почему все терпят и молчат?.. — продолжал я. — Вы же все здесь коммунисты и комсомольцы? Где же ваша партийная совесть?

Я добавил в голос пафоса.

Директор уставился на меня с недоумением во взгляде.

— Где это — здесь, Саша? — спросил он. — И почему вы отделяете себя от остальных?

Я понял, что в запале сболтнул лишнего.

— Ну, я хотел сказать, что надо как-то бороться с этим злом, в любом случае, отдать своего ученика на съедение я не позволю.

— Разумеется, я лично и вся школьная общественность… Мы примем меры, — пообещал директор. — Возьмем Зимина на поруки.

— Помимо всего прочего, — продолжал наседать на него я, — этот парень один из лучших самбистов в моей секции. Без него тяжело будет участвовать в спартакиаде!

— Я все понял, Александр Сергеевич! — устало произнес Пал Палыч. — Сделаю все, от меня зависящее!

— Спасибо! — я пожал ему руку и отправился на урок.

Тот как раз был у восьмого «Г». Само собой, что пацаны оказались в курсе случившегося и потому обступили меня в раздевалке, потребовав отчета о судьбе их товарища. Меня это только порадовало. Выходит, мне удалось превратить этих оболтусов в дружную команду или я все-таки принимаю желаемое за действительное? Как бы то ни было, сейчас они вели себя так, как мне хотелось бы.

И говорить я с ними собирался напрямую. Пусть хоть они не обманываются.

— Серега сейчас дома, — сказал я им. — Завтра придет на занятия.

— Так его не посадят? — спросил «Чапаев».

— Надеюсь, что до суда дело не дойдет, и оно будет рассматриваться на комиссии по делам несовершеннолетних.

— За что — в суд⁈ — возмутился Сидоров. — Да если б моя мамка болела, я бы куда угодно залез!

Пацаны его поддержали.

— Давайте договоримся, парни, — сказал я.

— Если возникают серьезные проблемы, сразу обращайтесь ко мне. Запишите номер моего домашнего телефона в свои дневники."

"Они защелкали замками портфелей, доставая ручки и дневники. Когда все были готовы, я продиктовал номер. Я понимал, что с этой минуты обрекаю себя на веселую жизнь, но так хоть появлялся шанс, что они наделают меньше глупостей, подобно той, что совершил Зимин. Потом я, наконец, начал урок. И уже с чистой совестью распустил своих подопечных по домам. И с радостью отправился сам.

Утром Серега пришел в школу.

Я спросил его о матери. Он сказал, что все нормально. Надеюсь, и с ним самим будет все в порядке. Все-таки, общественность, включающая директора школы и инспектора по делам несовершеннолетних на его стороне. И я — тоже. Из-за всей это истории я даже выбросил из головы свои детективные похождения. Тем более у меня хватало хлопот в школе. Да и признаться, подустал я от общения со всей этой компашкой. И мне уже хотелось праздника.

До Нового года оставалось еще несколько недель. До встречи с Лилей — дней.