Физрук

Причем — не только в голове. Ведь учитель физкультуры тоже должен выставлять оценки.

Когда прозвенел звонок, я зашел в учительскую, чтобы сдать классный журнал. Там я застал Антонину Павловну. Подошел к ней и спросил тихонько:

— Ну как комиссия?

— Заседают сейчас у папы, — ответила Тигра. — Надеюсь, они не слишком испортят ему настроение…

— И Шапокляк там же?

— Само собой…

— Ладно, передавай родителям привет, — сказал я. — Кстати, я вчера хотел предложить Пал Палычу переписать альбом «Пинк Флойда»… У вас кассетник есть?

— Нет.

— Ну так я могу зайти со своим, когда можно будет.

— Заходи, конечно, мы будем рады… Ну вот в ближайшее воскресенье, например!

— Отлично!

Прозвенел урок и Тигра ушла на занятия. А я уже мог быть свободен. Надо было заглянуть в магазин, купить какую-нибудь закусь к пиву. Не икру баклажанную же предлагать гостю. В идеале — таранку или еще лучше — воблу. Вот только из того немногого, известного мне о жизни в СССР, следовало, что обыкновенная вяленая плотва была редким дефицитом. Хотя на рынке должно быть все. Но до него я пока не добрался, и цены там подороже будут.

Нет, что ни говори, а без полезных связей здесь и сейчас мне не обойтись. Надо бы встретиться с Кешей и обрисовать ему круг своих потребностей. Пусть подскажет, с кем и по поводу чего наладить контакт?

Не только Шапокляк обладает способностью быть легкой на помине. Едва я вышел за ворота, как возле кромки тротуара притормозила знакомая «копейка». И из нее выскочил Иннокентий Васильевич Стропилин, собственной персоной. Мы поручкались.

— Ты к себе? — спросил он.

— Да, только хотел в магазин заскочить, ко мне коллега должен зайти после работы, на рюмку чая…

— Коллега-то хоть симпатичная?

— Да мужик это, наш трудовик…

— А-а, жаль…

— Что — так?.

— Да нет… — замялся тот. — Думал, кое-что предложить…

— Слушай, а ты не знаешь, где можно воблу достать? — решил я воспользоваться оказией. — А то пивко твое… Кстати, спасибо за него… В общем еще несколько банок осталось, а закусить нормально нечем…

— Не проблема! — оживился Кеша. — Сейчас все устроим… Садись!

Я залез в салон его «ВАЗа» и мы принялись петлять по улицам городка так, словно пытались оторваться от «хвоста».

— Ого! — восхитился я. — Сколько я тебе должен?

Он отмахнулся.