Фавориты Фортуны

И все три почувствовали, что время обошлось с ними куда более милосердно, чем со многими другими. Старшей, Аврелии, было сорок два, Далматике – тридцать семь, Корнелии Сулле – двадцать шесть.

– Сейчас ты больше похожа на своего отца, – сказала Аврелия Корнелии Сулле.

Глаза, слишком голубые и искрящиеся, чтобы быть похожими на глаза Суллы, блеснули весельем, и их обладательница засмеялась:

– О, не говори так, Аврелия! Моя кожа идеальна, и я не ношу парика!

– Бедный, – отозвалась Аврелия. – Это очень тяжело для него.

– Да, – согласилась Далматика, чья смуглая красота смягчилась с тех пор, как Аврелия видела ее последний раз, а глаза стали гораздо печальнее.

Разговор ненадолго перешел на светские новости. Далматика осторожно уводила его от неприятных тем, которые могла выбрать ее падчерица. Молчаливая Аврелия иногда вставляла слово-другое.

Далматика, у которой остались сын и дочь от первого мужа, Марка Эмилия Скавра, и еще были близнецы, с удовольствием говорила о своей старшей, Эмилии Скавре.

– Очень интересная девочка! – тепло произнесла она со счастливым видом. – Мы думаем, она беременна, хотя еще рано говорить об этом с уверенностью.

– А кто ее муж? – спросила Аврелия, которая никогда не следила, кто за кого вышел замуж.

– Маний Ацилий Глабрион. Они много лет были помолвлены, на этом настоял Скавр. Традиционные связи между семьями.

– Глабрион приятный человек, – заметила Аврелия, стараясь быть нейтральной.

На самом деле она считала его самодовольным, тщеславным крикуном, много уступавшим отцу.

– Он – тщеславный крикун, – спокойно возразила Корнелия Сулла.

– Ну, тебе он не подошел бы, зато подходит Эмилии Скавре, – сказала Далматика.

– А как поживает малышка Помпея? – быстро спросила Аврелия.

Корнелия Сулла вся засветилась:

– Очаровательна! Ей сейчас восемь, ходит в школу.

Поскольку Корнелия была дочерью Суллы и переняла от него некоторые свойства его противоречивого характера, то продолжала так:"

"– Конечно, она ужасно глупа! Я буду рада, если она достаточно освоит латынь, чтобы написать благодарственную записку. И уж конечно, она никогда не будет знать греческого! Поэтому хорошо, что она красива.

– Конечно, когда дело касается поиска мужа. Но приличное приданое тоже помогает, – сухо проговорила Аврелия.

– О, у нее приличное приданое! – сказала мать Помпеи. – Папа стал очень богатым, и она унаследует кое-что от него да еще от Помпеев Руфов, которые совершенно переменились с тех пор, как я стала вдовой, живущей в их доме! Когда-то они меня презирали, но теперь я греюсь в лучах папиной славы. Кроме того, они боятся, что он может внести их в списки.