Фавориты Фортуны

Тебе надлежит ездить на муле, пока Сулла не отменит приказа. И ты можешь подобрать великолепного мула не дороже десяти тысяч.

Взгляд, брошенный на мать, отнюдь не говорил о послушании, но Цезарь не промолвил ни слова, и если он и мечтал о своем коне и скучал по нему, то держал это в себе.

Несколько дней спустя состоялось искупительное жертвоприношение. К этому времени Цезарь уже собрался в путь, чтобы приступить к выполнению обязанностей младшего военного трибуна под командованием Марка Минуция Терма, наместника провинции Азия. Угощение должно было состояться в храме Юпитера Статора, а ритуал искупления – перед алтарем, воздвигнутым у подножия лестницы, ведущей в храм Юпитера Всесильного на Капитолии.

Одетый в тогу (его laena и apex были отданы жрецам на хранение до тех пор, пока не будет построен новый храм Юпитера, куда их следовало поместить), Цезарь сам вывел белоснежного вола из стойла, провел по Большой Субуре и Аргилету. Хотя можно было обойтись лентами, обвив ими великолепные рога, Цезарь не стал экономить: рога животного он покрыл золоченой фольгой. На шее вола висела гирлянда из самых экзотических и дорогих цветов, между рогами лежал венок из белых роз.

Копыта вола тоже были позолочены, хвост обвит золотыми лентами и цветами. Цезаря сопровождали его гости: Котты, Гай Матий, Луций Декумий с сыновьями и бóльшая часть братьев из таверны на перекрестке – все в тогах. Аврелии не было. Женщинам запрещалось присутствовать при любом жертвоприношении Юпитеру Всеблагому, который был богом римлян-мужчин."

"Представители разных жреческих коллегий собрались возле алтаря. Помощники жрецов, которые должны были зарезать вола, ждали рядом.

Хотя в обычае было заранее давать жертвенному животному сонное снадобье, Цезарь отказался сделать это: Юпитеру следует предоставлять любую возможность продемонстрировать свое удовлетворение или недовольство. Этот факт немедленно стал известен всем. А белый вол, без единого пятнышка или изъяна, зорким взглядом смотрел на всех и шел твердым шагом, важно размахивая хвостом, – очевидно, ему нравилось быть в центре внимания.

– Ты с ума сошел, мальчик! – прошептал Гай Аврелий Котта, когда ожидающая толпа стала расти, покрыв крутой Капитолийский холм.

 – Все будут видеть это животное, а ты не дал ему сонного зелья! Что ты будешь делать, если вол взбунтуется?

– Он будет вести себя хорошо, – спокойно ответил Цезарь. – Он знает, что от него зависит моя судьба. Все должны стать свидетелями тому, что я безропотно подчиняюсь воле Великого Бога. – Цезарь чуть слышно хихикнул. – Кроме того, я – один из фаворитов Фортуны, мне сопутствует удача!

Цезаря окружили. Он отошел в сторону, к бронзовой треноге, на которой был приготовлен таз с водой, и вымыл руки.