Фавориты Фортуны

И вот еще что: в будущем любой сенатор может встать и что-то сказать, если пожелает, но ему больше не разрешается ходить взад-вперед, как это обычно делается. Он должен выступать с того места, которое ему отведено, сидя или стоя. И никакого шума при этом. Никаких аплодисментов, топанья ногами, никаких выкриков. Консулы будут взимать штраф в одну тысячу денариев с любого человека, который нарушит мои нормы поведения в сенате.

Небольшая группа сенаторов собралась внизу у лестницы курии Гостилия после того, как Сулла распустил собрание. Некоторые из них, такие как Мамерк и Метелл Пий, поддерживали Суллу во всем.

Другие, например Лепид и Катул, считали Суллу неизбежным злом.

– Нет сомнения, – сказал Свиненок, – что эти новые суды снимут огромный груз с законодательных органов. Больше никакой возни с попытками заставить Плебейское собрание учредить специальную комиссию, чтобы кого-то судить. Больше не надо беспокоиться о каком-то неизвестном всаднике, берущем взятки. Да, это хорошие реформы!"

"– Да перестань, Пий, ты уже достаточно пожил и помнишь, как было в те два года, когда консул Цепион вернул суды сенату! – воскликнул Филипп.

 – Я то и дело исполнял обязанности присяжного, даже летом! – Он повернулся к Марку Перперне, своему коллеге-цензору. – А ты помнишь, конечно?

– Очень хорошо помню, – горячо подтвердил Перперна.

– Вас обоих беспокоит одно, – сказал Катул. – Вы хотите, чтобы сенат контролировал присяжных, но жалуетесь, когда наступает ваша очередь поработать. Если мы, сенаторы, хотим вершить суд, тогда мы должны быть готовы потрудиться.

– Сейчас это будет не так тяжело, как тогда, – добавил Мамерк примирительно.

 – Теперь нас гораздо больше.

– Говори, говори. Ты – зять Великого Человека, он дергает тебя за ниточки, и ты лаешь, как собака, или блеешь овцой! – огрызнулся Филипп. – Нас не может быть достаточно! А с постоянными судами проволочек не будет, по крайней мере, раньше мы могли тормозить процесс, отсрочив разбирательство в народных собраниях на несколько перерывов между рыночными днями, пока мы отдыхали. Теперь председателю суда остается лишь одна забота: составлять списки присяжных заседателей! И мы даже знать не будем заранее, включены мы или нет, и ничего спланировать не сможем.

Сулла говорит, что жребии не будут тащить до тех пор, пока не станет известен день суда. Теперь я все понимаю! Два дня чудесного отдыха летом у моря – и обратно в Рим, заседать в проклятом жюри!

– Обязанности жюри следует распределить, – сказал Лепид. – В ведении сената нужно оставить важные суды, ну, знаете, измена и вымогательство. С уголовными процессами справятся и присяжные-всадники.