Фавориты Фортуны

По крайней мере, не бездумная толпа, яростно лупившая по всему телу жертвы. Поскольку никто из этих людей, по сути, не был убийцей, не каждый удар оказывался смертельным, а некоторые вообще промахивались. Но центурионы рявкали, рявкали, рявкали, требовали бить сильнее и точнее. И чем дальше, тем точнее и быстрее становились удары. Таков результат повторения и покорности.

Через четырнадцать часов казнь была завершена. Последнего человека казнили в темноте, при свете факелов. Красс отпустил свою уставшую армию, вынужденную стоять, пока не умрет последний приговоренный.

Семьсот пятьдесят трупов положили на тридцать костров и сожгли. Вместо того чтобы послать их прах родственникам, пепел был выброшен в отхожие траншеи лагеря. Их завещания тоже не будут выполнены. Их деньги и имущество пойдут в казну в уплату за оружие, шлемы, щиты, кольчуги и другие принадлежности легионера, которые они бросили на поле боя.

Никто не остался равнодушным при виде этой казни. На большинство зрелище смерти подействовало очень сильно. Четырнадцать когорт, обессиленных, жалких людей, переживших этот ужас, проглотили свою гордость и страх, чтобы изо всех сил постараться стать такими легионерами, как требовал Красс.

"

"Еще семь когорт хорошо обученных рекрутов пришли из Капуи до того, как армия двинулась дальше. Их соединили с четырнадцатью когортами, чтобы получилось два полных легиона. Поскольку Красс все еще относился к ним как к консульским легионам, командовать ими были назначены двенадцать военных трибунов. Цезарь оказался старшим и был поставлен во главе первого легиона.

Пока Марк Красс казнил тех, кто не мог найти в себе мужества встретиться с повстанцами, сам Спартак проводил погребальные игры в честь Крикса у города Венузия. Не в его правилах было брать пленных, но он взял триста человек из консульских легионов из лагеря в Фирме. Всю дорогу до Венузии он тренировал их как гладиаторов: половину как галлов и половину как фракийцев. Затем, облачив в очень красивое снаряжение, Спартак заставил их биться насмерть в честь Крикса.

Последнего, победителя, он казнил по римскому обычаю: сначала его выпороли, потом обезглавили. Испив крови трехсот врагов, тень Крикса должна была обрести покой.

Погребальные игры имели и другую цель. Когда огромная орда Спартака отдыхала после празднования, он стал ходить среди своих людей и разговаривать с ними не так официально, как это делал у стен Мутины. Спартак убеждал каждого, что ответ на волнующий всех вопрос о постоянном доме можно получить только в Сицилии.