Фавориты Фортуны

 – Потом они побегут к Помпею Магну и его легионам, которые возвращаются из Испании. Ты же знаешь Магна! Он их уничтожит.

– Значит, остаются только пленные, которые у нас. Как ты с ними поступишь?

– Они пойдут с нами до Капуи.

Красс посмотрел на своего старшего военного трибуна. Лицо флегматика, но в глазах застыл жуткий холод."

"– Риму не нужны эти напрасные войны с рабами, Цезарь. Это лишняя трата средств. Если бы нам не улыбнулась удача, пять орлов и пять комплектов фасций были бы утрачены навсегда. Пятно на чести Рима, что для меня лично было бы невыносимо.

Когда-нибудь очередной враг Рима вознесет до небес таких людей, как Спартак. Найдутся подражатели, так и не узнавшие грязной правды. Мы-то с тобой в курсе, что Спартак был легионером. Очередной Квинт Серторий, а не возмущенный раб, с которым плохо обращались. Если бы он не был римским солдатом, он никогда не зашел бы так далеко. Я не хочу, чтобы он превратился в раба-героя. Поэтому я использую Спартака, чтобы положить конец восстаниям рабов.

– Это было скорее восстание самнитов, чем восстание рабов.

– Правильно. Но самниты – это извечное проклятие Рима.

Рабам же следует знать свое место. И я им его укажу. После того как с остатками мятежников будет покончено, в Римской республике рабы больше никогда не посмеют бунтовать.

Привыкший быстро соображать и хорошо понимать людей, Цезарь вдруг осознал: он не может даже догадаться, что имеет в виду Красс.

– И как ты это сделаешь? – спросил он.

Ответил счетовод, привыкший иметь дело с цифрами:

– Шесть тысяч шестьсот пленных подсказали мне эту идею. Расстояние между Капуей и Римом – сто тридцать две мили, каждая миля – пять тысяч футов.

В сумме получаем шестьсот шестьдесят тысяч футов. Делим на шесть тысяч шестьсот – получаем расстояние в сто футов. Я намерен распять этих мятежников на дороге между Капуей и Римом через каждые сто футов. Они будут висеть на крестах, пока не сгниют до костей.

Цезарь глубоко вдохнул:

– Ужасное зрелище.

– У меня один вопрос, – сказал Красс, наморщив свой обычно гладкий лоб. – Как ты думаешь, ставить кресты с одной стороны дороги или с обеих?

– С одной, – мгновенно ответил Цезарь. – Определенно с одной стороны дороги.

То есть если ты имеешь в виду Аппиеву, а не Латинскую дорогу.

– Да, это должна быть Аппиева дорога. Прямая как стрела на несколько миль, и не так много холмов.

– Тогда на одной стороне дороги. Это будет лучше смотреться. – Цезарь улыбнулся. – Что касается распятия, у меня есть некоторый опыт.

– Я слышал об этом, – серьезно ответил Красс. – Но я не могу поручить тебе это дело. Им не должен заниматься военный трибун. Он – избранный магистрат. По праву это должен выполнить praefectus fabrum.