Я буду первым (СИ)

Палец замирает над кнопкой ""отправить"".

Такой, как Хромов, никогда мне не простит подобного унижения.

И…

Хотя зачем мне нужно его прощение?

Ни за чем.

Я заставляю себя нажать нужную клавишу и загружаю видео в интернет.

Всё, Платоша, наслаждайся.

Несколько минут сижу, откинувшись на кресло, затем выключаю телефон. Включаю другой, о котором знает только мама.

И ухожу в душ.

Вот и закончилась история моей первой любви.

Глава 10

Еленка

После душа хочется лечь в свою кровать и уснуть.

Но так можно было бы сделать, если бы я наивно полагала, что мой поступок останется без последствий.

Однако я была далека от такой мысли.

Единственное желание, которое будет испытывать Платон, увидев мой видеосюжет, это убить меня. Я же слишком молода, чтобы умирать.

Я наскоро оделась, покидала кое-что из своих вещей в дорожную сумку, взяла документы и поехала к маме.

Не слишком взрослый поступок, однако следующая стадия нашего противостояния с Платоном — это кровопролитие. Поэтому её нужно избежать. Вообще и эта идея с роликом была недопустимой. Мне хотелось показать ему, что не только он умеет делать больно. Я не просила его внимания. Наоборот, при каждой встрече объясняла, что он лишний в моей жизни. И вот чем это закончилось.

Я похожа на него в том, что точно также впадаю в ярость. И тогда уже остановить меня бывает трудно. А при столкновении двух таких идиотов, как я и он, достанется всем, кто рядом.

Я опять пропустила занятия, но так безопаснее всего. Приехав в особняк, я распорядилась не пускать Хромова, да и вообще посторонних до приезда хозяина дома.

Меня никто не встретил. Отчим и мама работают, Матвей — в школе, Вера — в садике. Иду в свою комнату. Здесь ничего не поменялось. Всё словно ждет меня. И на краткий миг я сожалею о том, что выросла. Но всего лишь одно краткое мгновение. Потом я просто ложусь спать.

Проснулась я уже вечером. Вставать не хотелось. Посмотрев на аремя, я поняла, что скорее всего и мама, и отчим уже дома. Пригладив взлохмаченные волосы, я спустилась вниз. Ни Матвея, ни Веры не было видно. Хотя они должны уже спать.

В холле я встретила отчима. Он меланхолично оглядел меня и спросил:

— Расскажешь, доча, как докатилась до жизни такой?

Я вздохнула. Значит, он уже знает.

— Пойдем, — он кивнул в сторону кабинета.

Очутившись внутри, достал из бара бутылку коньяка и три стакана, плеснул в каждый по хорошей порции.

— Мать твою подождем. И ты нам всё объяснишь.

Через минут пять пришла мама.

Сергей подошел к ней, когда она села в кресло, протянул ей один из стаканов. В себя опрокинул содержимое другого, повернулся ко мне и приказал:

— Пей.

Я подумала, что так мне будет легче каяться. И по примеру отчима опрокинула в себя коньяк. С непривычки на глазах выступили слезы.