Отец моей подруги

— Обстоятельства сложились так, что мне пришлось срочно вывозить из города Кристину как наследницу Марата. И тогда она сказала, что возможно вы беременны. Я проверил, это оказалось правдой. Для вас небезопасно оставаться в Лондоне. Если конечно...

Он прокашливается и замолкает.

— Договаривайте. Если что?

— Если вы решите оставить ребенка, — равнодушно заканчивает Сергей.

— То есть вы считаете, что я могу передумать... — с шумом втягиваю воздух.

— Остаться матерью-одиночкой в восемнадцать лет не лучшая перспектива, — безлико отвечает Сергей. — У меня тоже есть дочь, Лиза, я знаю, о чем говорю. Растить ребенка одной непросто.

— Знаете что, — вскидывается Кристина, — мы сами разберемся. Не захочет одна растить, никто ее заставлять не будет.

Она поворачивается ко мне, заглядывает в глаза так, как умеет только моя Крис.

— Ты только пообещай мне, Лиз, — говорит, запинаясь, — пообещай, что ничего ему не сделаешь, ладно? Я его у тебя заберу и воспитаю. Он не будет тебе мешать, правда, ты его только оставь, пожалуйста...

— Что ты такое говоришь? — смотрю в изумлении на подругу. — Как ты можешь так обо мне думать?

Крис берет меня за руку, ее плечи едва заметно вздрагивают.

— Ты же любила его, Лиз? — спрашивает шепотом. — Правда любила, скажи?

У нее в глазах стоят слезы.

— Я его и сейчас его люблю, — отвечаю, захлебываясь в рыданиях, — если бы ты знала, как я его люблю...

Она бросается мне на шею, я цепляюсь за нее как за спасательный круг.

Сергей бросает на нас тревожные взгляды в зеркало заднего вида, но ничего не говорит.

Мы с Крис так и едем, обнявшись на заднем сиденье, пока я не засыпаю. Мне снится Лазурный берег, белая вилла на берегу моря и белый катер, плывущий по бирюзовому морю.

Я хочу рассмотреть мужчину, который управляет катером, но он все время от меня отдаляется.

Солнце слепит глаза, они слезятся, и когда я просыпаюсь, мои щеки мокрые от слез.

Каждый раз, когда просыпаюсь...

Конец первой части"