Отец моей подруги

— Вы можете о нас узнать, наши родители снимают вон те две виллы по- соседству с вашей, — белобрысый взмахивает рукой в сторону крыш, белеющих вдали за соснами.

— Хотите, мой папа за нас перед вами поручится? — поднимает полные надежды глаза темноволосый парень.

Мне хочется сказать, что его не спасет никакой папа, и Лиза ему не светит, пусть даже не мечтает. Но Крис начинает так просительно заглядывать в глаза, что это становится невыносимым. Приходится сквозь зубы пообещать подумать, в награду получаю счастливый щенячий взгляд, объятия и поцелуй в подбородок от дочки.

Парни прощаются, забирают доски и уходят. При этом бросают на девчонок полные сожаления и разочарования взгляды, чем меня еще больше бесят. Но дочь возвращает мое внимание, просто повернув к себе лицо.

— А ты помнишь, что мы с тобой собирались сегодня делать? — заговорщицки спрашивает она, и я с готовностью киваю.

Еще бы я забыл. Мне для этого пришлось отыграть целый спектакль и аккуратно подвести Крис к этой мысли. Мне важно было, чтобы это именно она предложила, а не я.

— Конечно, помню. Мы собирались учить Лизу плавать.

Делаю вид, что не заметил, как вспыхивает Лиза и как возмущенно на меня смотрит.

Пыхти не пыхти, а у меня ты точно поплывешь. Пусть и не в том смысле, в котором бы мне хотелось. Но как мне хочется, там сплошные красные флаги, а значит пускай это будет хотя бы плавание.

Лиза

Меня охватывает паника.

Как это, учить плавать? Крис мне ничего не говорила! А еще подруга...

Умоляюще оглядываюсь на подругу, но она лишь самодовольно хмыкает. На Марата вообще смотреть боюсь. Попробовала возмутиться, но он так сверкнул глазами, что я первой отвела глаза.

Не могу понять, зачем это Хасанову. Даже если бы я плавала как бревно, разве это должно его волновать?

— Крис! — предпринимаю последнюю попытку, и подруга реагирует.

— Ну чего ты так испугалась, Лиз? — она порывисто меня обнимает. — Ты не утонешь, папа тебя подстрахует. Пап, скажи!

Марат изучающе поднимает брови, и я героически преодолеваю соблазн сбежать на виллу и спрятаться в своей комнате.

«Я не боюсь утонуть. Я как раз боюсь, что он будет страховать...»

— Я не боюсь утонуть, — бормочу, — я не могу открыть глаза под водой.

— Значит, надо тренироваться, — говорит Марат и обращается к дочери: — Малинка, неси плавательные очки.

Крис не надо несколько раз повторять. Она приносит очки, и я надеваю их, стараясь не затягивать волосы.

— Дай проверю, — Марат просовывает пальцы между резинкой очков и моей головой. Кивает. — Нормально. Пойдем.

И протягивает мне руки.

— Куда? — наконец-то поднимаю глаза и натыкаюсь на твердый, уверенный взгляд.

— Мы сейчас с тобой опустимся под воду.

— Но я же не могу...

— А ты не думай об этом. Просто смотри на меня.

Вкладываю руки в развернутые ладони.