Отец моей подруги

Что ждет меня в универе? И попаду ли я туда когда-нибудь?

Крис просила меня не уезжать, не оставлять ее одну, но я не могла оставаться в этом доме ни на секунду. Только попросила денег в долг.

Налички у подруги не оказалось, на карте тоже осталось немного. Не успела попросить Марата пополнить счет. На самолет точно не хватит.

— Я попрошу у папы и сразу тебе пришлю, — Крис хлюпала носом, и я видела как она разрывается между жалостью ко мне и любовью к матери.

Не хочу быть причиной страданий подруги. Ей и так есть из кого выбирать. И не могу не думать о том, что так лучше для всех.

Марат говорит очень правильные вещи, но при этом так на меня смотрит, что я перестаю соображать. И похоже он тоже. Поэтому как бы мы ни договаривались, я не уверена, что он не сорвется.

А я не смогу сопротивляться. Я знаю. Потому что меня к нему тянет, и чем дольше мы рядом, тем труднее делать вид, что этого притяжения не существует.

— Эй, малышка, какие-то проблемы?

Поднимаю голову, передо мной стоит высокий парень. Смотрит с ухмылкой.

— Все окей, — буркаю в ответ, — кроме того, что мой поезд отменили.

— Могу помочь, если хочешь.

— Как? — смотрю недоверчиво. — Угонишь состав?"

"— Мы с другом тоже попали. Предлагаю доехать с нами автостопом. Ты знаешь, что это такое?

Киваю. Конечно, знаю. Правда, никогда не пробовала. Для меня проблема заговорить с посторонними людьми, а для стопщика главное — умение коммуницировать и развлекать водителя в дороге. За это стопщиков и любят.

— Знаю, но сама ни разу не голосовала.

— Тогда пойдем, — он кивает в сторону трассы и берется за ручку чемодана. — Я помогу.

Внутри звенит тревожный звоночек, но стараюсь не придавать значения. У меня нет выбора. Или ночевать на вокзале, или голосовать на дороге. Зато со стопщиков как правило не берут денег. А если берут, то чисто символически. Возможно, это для меня выход?

Мы идем к небольшой посадке. Через нее проходит тропинка, которая ведет к трассе.

У посадки нас поджидает угрюмый накачанный парень, который на мое несмелое «здрасьте» только невразумительно бубнит.

— Я Серж, — представляется мой новый знакомый, — а это Николас, мой друг. Знакомьтесь, это...

Он вопросительно на меня смотрит.

— Лиза, — отвечаю поспешно, — Элизабет.

— Пойдем, Элизабет, — мне кажется, или Серж произносит мое имя с насмешкой?

Мы идем по посадке, и тревожный звоночек превращается в гудящий набат. Особенно когда на трассе нас уже поджидает машина, из которой грохочет музыка.

За рулем сидит третий, такое ощущение, что они из одного выводка. Руки покрыты татуировками, и я уже понимаю, что попалась как последняя идиотка.

В лучшем случае у меня заберут телефон и деньги. Но по откровенным ухмылкам всех троих видно, что мой телефон их интересует в последнюю очередь.