Окончательный приговор

Более того, не могу не высказать своего возмущения.

– Извините, товарищ подполковник. Я думал, он старше. Если он, как здесь сказано, отец погибшего мужчины и дед погибшего мальчишки…

– Это ни о чем не говорит. Я, кстати, дедом стал в сорок два года.

– Талантливый вы, товарищ подполковник, человек.

– Что по остальным донесениям скажешь?

– Только то, что следует разбираться. Меня сразу смутило, что спецназ ФСБ прибыл на место через сорок минут после происшествия. Им вообще нечего было делать в том районе. И не опера прибыли, а именно спецназ. Это, видимо, на случай, если бы мы оказали сопротивление. Причем в таком количестве прибыли – три десятка бойцов. И сразу нас окружили. Я уже докладывал свои сомнения полковнику Переславцеву.

– Да, там следует разбираться. Но разбираться приходится неофициально. Подполковник Волоктионов сейчас этим и занимается и жалуется, что ему со всех сторон строят препятствия. Так круговая порука и общий настрой против спецназа ГРУ. Во всех эшелонах власти. Нельзя получить данные официальным путем. На все возражения с нашей стороны ответ один: этим делом занимается следствие, а спецназ ГРУ следственными полномочиями не наделен.

– Знакомая история.

– Мы тут советовались с Антоном Павловичем. И пришли к выводу, что в данной ситуации следует обходиться только собственными силами. Иначе результата не будет. А кто у нас имеет возможность действовать нелегально, и при этом не нарушить приказ?

– Понял. Только моя группа. К сожалению, старший прапорщик Хост…

– Как только Вальтер встанет на ноги, сразу и отправитесь. А по первому вопросу…

– С пятидесятишестилетним мстителем…

– Да… Ты не отмахивайся. Адат – дело серьезное. И в опасности не вы сами, которых найти он не сможет, а ваши семьи. Семьи мы прикроем. А вот старика, как ты выразился, я бы посоветовал тебе взять в помощники. Он, кстати, служил в милиции. Звание – майор. Но давно уже в отставку вышел.

– Каким образом, товарищ подполковник, я возьму его в помощники? Он заглянет не чайком побаловаться, он заглянет на огонек, который сам же попробует разжечь…

– Даже соблюдая законы адата, мститель не должен наказывать невиновных. А виновных он не знает, как и мы.

– Помнится, мне кто‑то рассказывал, что моя невиновность по их закону будет доказана в том случае, если шестьдесят три мужчины моего рода поклянутся на Коране в моей невиновности. Я в своем роду шестидесяти трих мужчин не наберу, пожалуй. Ну с десяток родственников еще отыщу, не больше. В нашем народе клановость себя изжила десяток веков назад. Не знаю уж, хорошо это или плохо."

"– Это ни хорошо и ни плохо. Мы живем по‑другому. Стараемся, конечно, по закону, хотя не всегда и не у всех получается.