Остановите музыку

Арина и их к груди прижала, будто драгоценность, но не было похоже, что она хочет немедленно начать рисовать. Села на диван, все это к себе прижала и принялась оглядывать незнакомую комнату. Откинула за спину косичку. Костя про себя этот жест отметил, а к ребенку решил подмазаться, предложил:

— Печенья хочешь?

Арина поглядела на банку, молчала. Тогда Костя открыл крышку, хотел предложить девочке выбрать себе по вкусу, но замер, обнаружив внутри вместо печенья аккуратные стопки денег в купюрах разного достоинства. Навскидку в банке было тысяч двести, а на дне, в небольшой бархатной шкатулке, драгоценности, им же и подаренные."

"— Нин! — Он прошел на кухню, с банкой в руках, остановился в дверях, наблюдая. — Душа моя, тебе не говорили, что деньги нужно хранить в сберегательной кассе? — насмешливо проговорил он и потряс самодельной копилкой. Внутри зашуршало. Нина отложила нож, взглянула колко, потом отобрала у Шохина свою сокровищницу. Поставила на середину кухонного стола, как главное украшение.

— У меня свой банк, я ему больше доверяю, — весомо заметила она. Но не убедила, Костя всё равно усмехнулся.

— Ага, всем банкам банка.

Нина на подколку решила не реагировать, достала из холодильника сковороду с котлетами, сосредоточилась на приготовлении ужина. Костя стоял, привалившись плечом к косяку, и за ней наблюдал. Нина казалась непривычно сосредоточенной и занятой, мыла овощи и грела котлеты.

Двигалась механически, время от времени поглядывая то на Костю, то на засуетившегося при виде гостей Гришу. Тот уцепился когтистыми лапами за прутья клетки и потребовал:

— Выпусти меня!

Костя на него посмотрел.

— Свободу попугаям?

Гриша грузно качнулся из стороны в сторону и зычно повторил:

— Свободу попугаям!

Нина невольно улыбнулась. Потом отвернулась от Кости и нервно сглотнула. Если бы он знал, насколько она напряжена, наверное, посмеялся бы над ней. Нервничала так, будто до этого дня ни разу в его квартире не бывала. Хотя, в статусе матери не бывала, и он её такой — на кухне и озабоченной, не видел.

Чтобы не молчать, спросила:

— Ты голодный?

— Да.

— Еще минут десять. Ариша, помой руки. Покажешь ей, где ванная?

Костя, признаться, дернулся, когда она к ребенку обратилась. Глаза опустил, и понял, что девочка стоит рядом. Он даже не слышал, как она подошла. А Ариша не сводила глаз с клетки.

Голову наклонила, будто не веря, что внутри живое существо, а не игрушка. И выдернула руку из ладони Шохина, когда тот вознамерился ее вести в ванную, по Нининому настоянию, прошла вперед и не сомневаясь, влезла на диван, чтобы получше попугая рассмотреть. Тот тоже уставился на нее глазами-бусинами, голову назад отклонил, как бы в недоумении.