Плохиш

Почему именно сегодня?

— Это старая история, - все-таки попыталась отмахнуться она, заранее зная, что брат – не нитка на рукаве, и так просто его не стряхнуть.

Ну и что делать? Влада уставилась на подругу, взглядом предлагая подключиться, потому что, как-никак, но за эту ситуацию Вика ответственна целиком и полностью. Та вроде как даже выглядела виноватой, и не нашла ничего лучше, чем мило улыбнуться Артему. Все знали, что она потихоньку уже который год за ним сохнет, но лучше укусит себя за локоть, чем признается в этом, хоть бы и под пытками. В этом они с подругой были похожи, и часто Влада ловила себя на мысли, что только на этой же почве они и сдружились.

— Да Влада сохла за одним типом, а он поматросил – и бросил, - невозмутимо пояснила Вика. И с видом: «А что такого, никаких имен же?» стянула зубами оливку со шпажки, которой все это время болтала коктейль.

Артем уже открыл рот, чтобы вывалить встречную кучу вопросом, но ситуацию разрядила официантка. Она собиралась откупорить шампанское, но бородач заверил, что не женское это дело – вскрывать шипучие напитки, и без зазрения совести принялся клеить хорошенькую девушку. Когда Влада вклинилась в его топорные заигрывания со своим заказом, то схлопотала в ответ недовольное бурчание. И ухватилась за повод устроить шуточную перепалку, чтобы увести разговор в сторону.

И все же...

Она вдруг поняла, что и в самом деле позволила себе ненадолго забыть. На целых несколько дней, если быть точной. И если подумать, то была вполне счастлива без тех воспоминаний. Свободна от глупого детского обещания, данного самой себе – страшно вспомнить – три года назад. Но хуже всего то, что Вика не только не вовремя вставила свои вездесущие пять копеек, но еще и наступила на больную мозоль: ткнула в то, что все эти годы она, Влада, не делала ровным счетом ничего, чтобы выполнить то обещание. Точнее сказать, чтобы подготовиться к нему.

— За мою умницу-сестренку! – провозгласил тост Артем, и, преклонившись через стол, чмокнул Владу в макушку.

— За Владу, жуткую и единственную зануду среди моих знакомых, - дополнила Вика. – За плоды ее упорства!

— За тебя, «ботаник», - поддержала Аня.

— За зубрилку, - поддержал бородач.

Влада охотно присоединила бокал к общей куче. Никому другому подобных «нежностей» в свой адрес ни за что не простила, но в кругу близких друзей слова звучали уместными и были окрашены иным смыслом. Все понимали, кто она такая, никто не пытался ее переделать, а она наслаждалась обществом людей, принимающих ее как есть, без мишуры.

— И так, с чего планируешь начать? – Аня прекратила гипнотизировать торт затравленным взглядом человека, ведущего строгий подсчет БЖУ , и вопросительно посмотрела на подругу.