Пуля с Кавказа

Когда войсковой старшина, весь красный от напряжения, появился на плато, то пояснил, вытираясь платком:

– Абаса зарезали! Валялся посреди собственной овчарни весь в навозе… Как только это обнаружилось, я собрал отряд – и сюда. Но, вижу, вы управились без нас. Сколько их было?

– Одиннадцать.

– Ого! И сколько из них убежало?

– Да никто не убежал; все здесь, только лежат по разным местам.

– Скажите, Эспер Кириллович, а как был убит алим? – вступил в разговор Лыков. – Свидетелей нет?

Артилевский был обескуражен таким нехитрым вопросом.

– Видите ли, Алексей Николаевич… его зарезали ножом из моего кинжала. Вот из этого.

Повисла долгая пауза. Потом Лыков спросил:

– Когда вы в последний раз видели нож у себя в ножнах?

– Не помню. Я редко им пользуюсь. А кармашек такой, что не видно – есть он там, или нет.

– Понятно. А кто мог убить алима? Кто отлучался с площади?

– Даур-Гирей долго пропадал в мечети. Но мы все отлучались.

– Я же запретил ходить по одному! – поразился Таубе.

Войсковой старшина молча понурил голову.

– Стало быть, и вы лично тоже могли зарезать Абаса?

– Мог. Но не делал я этого!

– Эспер Кириллович! Вы и сейчас считаете, что в отряде нет измены?

– Вы были правы, барон. Среди нас предатель.

Глава 21

Богосский хребет"

"Предположение Лыкова оказалось верным: один из абреков, подстреленных на плато, оказался не убит, а только ранен. Казаки притащили его к начальству. Небольшого роста, крепкий и жилистый, абрек походил на пойманного волка: смотрел с ненавистью, хрипло дышал и скрипел зубами. Пуля угодила ему между правым лёгким и почкой; ранение тяжёлое, но для жизни не опасное. При условии ухода…

Первым делом Таубе велел перевязать пленного. Потом сказал ему на «балмаце»:

– Тебя отвезут в Голотль и оставят там на излечение. У них хороший хаким. На обратном пути мы тебя заберём.

После чего повернулся и пошёл. Его догнал капитан Ильин:

– Виктор Рейнгольдович, вы разве не будете его допрашивать?

– Он ничего не скажет.

– И что теперь? Мы действительно поместим этого головореза в Голотле?

– Вы предлагаете сбросить его в пропасть?

Ильин было смешался, но потом упрямо продолжил:

– Это совершенно неуместный гуманизм! Нас и без того мало. А чтобы отвезти пленного, потребуется отрядить с ним казака. Мы не можем идти на ослабление отряда!

– Что же вы предлагаете?

– Оставить его на тропе. Без лошади и оружия, конечно, но с запасом провизии. Кто-нибудь, да подберёт злодея.

Барон задумался, потом сказал:

– Нет, это слишком опасно для него. Может умереть, если помощь запоздает.

– Тогда отвезём его хотя бы в ближайший аул, в Датуну.

– В Датуне нет хакима.

– А и чёрт с ним, пусть подыхает! Вы не забыли, что он только что в вас стрелял?

И офицеры, и казаки столпились вокруг и ждали разрешения спора.