Расплата. Отбор для предателя

— Неужели хотели отправиться туда и спасти всех девочек? А может, вы хотели помочь им найти половинки их талисманов? Что ж, это было бы отличное представление: король проехал полстраны, чтобы увидеть, как его князь устраивает из отбора настоящий цирк.

— Может, цирк лучше, чем бойня, — говорю я, словно бросаю в огонь сухую ветку.

— Извинись, — шепчет мне на ухо Ридли. — Остановись сейчас же, иначе будет поздно. Я отмахиваюсь от него как от назойливой мухи. Как он не может понять, что сейчас всё может быть кончено из-за того, что Король хочет устроить из отбора мясорубку?

— На каждое зрелище найдётся свой зритель, дорогой друг. Лично я не любитель цирковых представлений, — говорит король. — А это мне по душе. Успокойтесь и ждите, как ждем мы все.

Он отводит от меня глаза и дважды хлопает в ладоши, призывая музыкантов продолжать игру. Ему подносят тарелку с едой, и он берет с неё кусок мяса, засовывает его в рот и начинает жевать, притопывая ногой. Потом облизывает жирные пальцы и улыбается мне.

— Расслабьтесь, князь, всё будет в порядке. Я видел, как вы смотрели на одну из претенденток, кажется, у вас появилась своя личная фаворитка. Могу вас понять. Но уверяю вас, не стоит зацикливаться на одной, когда можно попробовать их всех, — он издаёт смешок и начинает что-то говорить инквизитору, чего я уже не слышу.

Вместо музыки в ушах шумит моя собственная кровь, и огонь, который дракон нагнетает внутри меня, вызывает отвратительное чувство бессилия. Это то, чего я всегда боялся больше всего — оказаться в ситуации, которую не контролирую.

Будь оно всё проклято.

Я оглядываю людей, собравшихся вокруг, пытаясь увидеть в их глазах насмешки. Мне достаточно одного взгляда. Но все лишь отводят глаза.

И тут мои глаза останавливаются на нанечках одна из которых держит на руках мою дочь Лили. Она внимательно смотрит на меня и выглядит совсем взрослой. Её взгляд, несмотря на то что она ещё совсем дитя, кажется очень осмысленным. Этот взгляд словно вода гасит огонь внутри меня. Я делаю несколько вдохов, пытаясь усмирить колотящееся сердце, пытаясь забыть об унижении, которому подверг меня король.

Я подхожу к дочери.

Как только она видит, что я обратил на неё внимание, она улыбается. Её улыбка словно лучи яркого солнца, выходящие из-за туч, мгновенно наполняет мою душу странным покоем, которого я давно не чувствовал. Почему я уделяю ей так мало времени? Почему всё время избегаю её?

Потому что мне стыдно?

— Зачем вы привели сюда ребёнка? Это не место для детей, — говорю я нянечкам, и вижу, как в их глазах появляется неподдельный страх.

— Ваша мать разрешила привести сюда Лили, чтобы она посмотрела на отбор... Госпожа Стормс говорит…

— Больше ни слова, — останавливаю я ее.

Я вздыхаю, чувствуя, что здесь всё идёт не так, как я хочу.