С видом на Нескучный

А вдруг я аферистка или воровка? Вдруг дала не свой телефон? Вдруг бы не появилась?

Таня смеялась и махала рукой:

– И что? Да брось, Вер! Тоже мне, подвиг! Да и потерю эту я бы пережила. Куда больше теряла. Подумаешь, туфли!

– Подвиг, – сурово повторила Вера. – И еще подтверждение, что на тебя можно рассчитывать. А это, знаешь ли, не просто много, а очень много!

Через неделю Таня работала в меховом магазине. Кем? Да всем, как Вера когда-то. Вникала в бухгалтерию, осваивала работу на складе, стояла за прилавком.

– Ты должна разбираться во всем, – твердила Вера, – и все уметь! И вымыть полы, и составить отчет для налоговой, и разбираться в товаре, и выстраивать отношения с сотрудниками.

Таня работы не боялась. И понимала, что со временем во всем разберется. Главное – не подвести Веру.

И Вера в ней не ошиблась – она понимала в людях. Научилась. Да и учителя были хорошие.

Со временем их роли определились: Вера – владелица и генеральный директор. Татьяна – коммерческий директор и все остальное. Веру побаивались и со всеми вопросами бежали к Татьяне. Та никого не подставит и не заложит, разрулит проблему, уладит с хозяйкой, помирит поссорившихся.

Но если поймает на чем-то плохом – пощады не жди. Татьяна Сергеевна покрывать никого не будет. Главное – интересы компании. И, разумеется, Веры Павловны, ее хозяйки.

Отдыхать ездили втроем: Вера, Таня и Галина Ивановна. Номера, разумеется, были разные, а вот в рестораны, в магазины и на экскурсии только вместе.

Татьяна, с ее природным тактом и тонкой душой, остро чувствовала, когда Вере было необходимо уединение.

Словом, им было комфортно друг с другом, они понимали друг друга без слов.

Вера была молчуньей, да и Татьяна не из болтушек. Отсутствие раздражения – самый главный фактор для взаимного существования. И еще строгий кодекс – уважение к личному пространству, и они его соблюдали. Татьяна всегда помнила, что Вера – главная во всем. Но это ее не угнетало, в ней не было амбиций, честолюбия и тщеславия, зато было четкое понимание, что есть ведущие и ведомые, да и все про себя она знала: она – ведомая. Исполнитель. И это ее совсем не напрягает, даже наоборот, вполне устраивает. Куда ей на пьедестал – эта роль не для нее.

Конечно, были мелкие недовольства друг другом, обиды и непонимание. Но Татьяна все смягчала, микшировала, как говорила Вера: «Тань, ты у нас великий дипломат! Куда там Голде Меир и Коллонтай! Мне бы твое терпение и толерантность». – «Каждому свое, – смеялась Татьяна. – А мне бы твои лидерские и организаторские качества! – И тут же поправлялась: – Ой, нет! Меня все устраивает и главной я быть не хочу!»

А вот в личной жизни, если таковая вообще имелась, все у Татьяны и Веры было не ах.