Ареал

Фекальная жижа куда-то исчезла, вонючий запах тоже, и свежая ключевая вода приятно освежала кожу, снимая усталость. Он улыбнулся, вдыхая полной грудью приятный аромат леса, и с интересом осмотрелся вокруг. Яркая сочно-зелёная трава, усыпанная жёлтыми цветками одуванчиков, купалась в тёплых лучах ласкового солнца, грязные заросли полыни уступили место аккуратным кустикам земляники, мимо которых, весело извиваясь, бежал хрустальный ручеёк овражка, чуть поодаль, на опушке леса, манила своей сенью раскидистая берёза. Гришка сел и провёл рукой по бархатно-шелковистой траве.

Как красиво вокруг! А неплохо бы сейчас проглотить горсточку-другую сочной земляники и запить берёзовым соком! Надо пользоваться случаем. Вертухаи на вышках его не заметят, ягодки спелые, да и берёзка подходящая. Он вспомнил, как по малолетству ходил с дедом в тайгу и тот учил его добывать берёзовый сок. С тех пор Гришка так ни разу и не попробовал сделать это сам. Так что сейчас, как говорится, сам бог велел. И вообще зря они потащились через заросли Паутины, послушавшись какого-то там рашпилевского знатока. Столько раз чуть не вляпались! А ведь можно было просто пройти напрямик вот тут, по овражку. Да и тропинка есть, вот она, аккуратная и прямая, идёт себе вдоль ручейка. Легко бы дошли и ещё водички ключевой хлебнули, если что. Гришка поднялся на ноги, сладко потянулся и неторопливо пошёл по тропинке к белоснежной берёзе, едва слышно шелестящей на ветру лоснящейся на солнце листвой.

Пулемётчик на вышке отпрянул от прицела и суеверно перекрестился. Сбежавший через трубу с территории нефтенакопителя злоумышленник, залегший в овраге у самой Плеши, вдруг поднялся в полный рост, и его лицо озарилось счастливой улыбкой.

Измазанный дерьмом и прочими отходами парень в изорванной одежде потянулся, словно только что добротно выспался, и с выражением крайнего счастья на лице беззаботно зашлёпал по пузырящейся фекалиями вонючей жиже прямо в Плешь, весело размахивая руками. Он сделал ещё пару шагов, как вдруг пустота у самой земли под его ногами словно превратилась в гигантскую тёрку, одним мощным движением стесав человека до состояния кровавой кашицы. В следующую секунду на дне овражка осталась лишь небольшая полоса из окровавленного тряпья, быстро темнеющего в зловонных испарениях фекальной жижи.

13

Иван обвёл внимательным взглядом местность в тылу, убеждаясь, что никаких неожиданностей не предвидится, покосился на удаляющегося Лизуна и вернулся к противоположному брустверу оврага. Он выбрал наиболее удачную из приготовленных им позиций и затаился там, где земляная стенка переходила в основание пригорка. Берёзов изготовился к стрельбе, держа под прицелом накрытые дымовой завесой развалины, и вновь принялся ждать.