Ареал

Гришка вздрогнул всем телом и торопливо пошёл прочь, доставая из прицепленного сзади к брючному ремню небольшого подсумка пару гранат. Рашпиль обещал, что мокрухи не будет, и гранаты вообще дымовые, только громыхнут как следует, никого не убивая, и кипиш наведут. Но теперь, после того, как немой запросто завалил водилу, Гришка уже ни в чём не был уверен. Трясущимися от нервного возбуждения руками он выдернул чеку и бросил гранату куда-то вперёд, стараясь закинуть её подальше от людей. Граната негромко хлопнула и густо задымила. Сзади взревел мотор бензовоза, и Гришка торопливо швырнул вторую гранату.

Оглушительно громыхнул взрыв, заставляя людей бросаться на землю и прятаться за укрытия. Гришка, замерший от неожиданности, аж подпрыгнул, услышав вопль: «Нападение!!!», сменившийся воем сирены. Где-то совсем рядом раздался крик:

— Вот он!!! В синих джинсах!!! У него гранаты!!!"

"Внутри резко похолодело от страха, и Гришка со всех ног бросился бежать, не обращая внимания ни на что вокруг. Его пытались схватить, кидаясь наперерез, от ближайшего строения навстречу уже бежали солдаты, на ходу дёргая затворы, но он, уклонившись от тянущихся рук, с разбегу влетел в узкую щель между стеной и прицепом с уборными.

Протиснувшись к трубе, он рванулся к её жерлу, разрывая одежду в узком пространстве.

— Держи его! — зазвучали крики сзади. — Он за прицепом! С другой стороны лови!

— Не могу! Не пролезть, узко слишком! — вторили в ответ кричащим с обратной стороны прицепа.

Гришка извернулся, продираясь мимо фекального стока прицепа, опущенного в трубу, влез в узкое жерло и, судорожно извиваясь, лихорадочно пополз по уклону вниз, не обращая внимания на хлюпающие вокруг нечистоты.

— Где он?! — вопил кто-то позади. — Я его не вижу!

— В трубу он полез! Больше некуда!

— Псих! Видать, жить надоело!

— А ведь и точно, в трубу…

Как добрался до выхода, Гришка так и не понял. Когда он, словно пуля, выскочил из трубы, перед глазами всё ещё стояло перекошенное от злобы лицо немого, наносящего ножом удары несчастному водиле. Едва Гришка шлёпнулся на дно овражка, сразу с двух сторожевых вышек ударили пулемёты, вспарывая землю вокруг. В ужасе он рванулся вперёд, понимая, что оставаться на месте означает верную смерть, дополз до глубокой части овражка и ничком свалился вниз, сопровождаемый свистом пролетающих мимо пуль.

Пулемёты замолчали, потеряв цель, и Гришка понял, что находится для стрелков в мёртвой зоне. Он злорадно улыбнулся. Вертухаи, шакалы позорные, тут вам меня не достать! И лезть за ним никто не осмелится, это вам не по безоружному из пулемётов палить, Паутине пофигу до ваших погон и ксив! Гришка внезапно почувствовал сильное облегчение и вольготно разлегся на дне овражка, погрузив затылок в текущий по дну ручей.