И только пепел внутри…

Прислонился задом к подоконнику, скрестил ноги в лодыжках, а руки на груди. – Вам-то какая разница? Не вы ли перед похоронами говорили о том, что сдохнуть должен был я?

– Я – мать, которая потеряла ребенка. Чего ты от меня ждал? Анекдот? – выпалила она и выгнула бровь, позволяя мне снова узнать в ней старую, «добрую» тёщу, что всем своим существом всегда выражала, насколько сильно я не достоин её дочери.

Стиснул зубы, оберегая нас обоих от моего возможного бестактного ответа.

– Вижу, ты перестал пить, завёл пса… – бросила она слегка брезгливый взгляд на псину у моих ног и снова вернула внимание к моему лицу.

 – …Катюшей занимаешься. Ну, или, во всяком случае пытаешься. По крайней мере, она перестала умалчивать о том, что тут у вас происходит. Иногда рассказывает про какую-то Соню и ее сына Сёму… – словно вскользь упомянула она имена наших новых знакомых и выжидающе посмотрела на меня, вероятно, ожидая, когда я разовью начатую ею тему и утолю её любопытство. Почти даже поверил, что ей неинтересно знать подробностей нашей случайной дружбы.

– Сегодня не пью – завтра выпью, – склонил голову к плечу и в упор посмотрел в ее глаза цвета потускневшего неба.

 – Дело одной откупоренной бутылки.

– Ты уже не станешь этим заниматься, – уверенно, словно зная наверняка, произнесла она. – Свою порцию ты выпил.

– Не уверен.

– Возвращаясь к вещам… – свернула на начатую тему тёща, глубоко вдохнув. – Мы с отцом собрали то, что оставалось у нас дома. Не всё, конечно. Сам понимаешь…

Молчаливо сглотнул вязкую слюну и опустила взгляд на ремни женской сумки, зажатой в руке.

– Будет неплохо, если и ты, возможно, с Катей, тоже соберешь часть вещей, оставшихся после Маши.

Думаю, Маша этого хотела бы: принести еще немного смысла и пользы в чьи-нибудь жизни, пусть самой её уже нет с нами.

Невесело усмехнулся и покачал головой. Улыбка стала шире, пришлось опустить взгляд в ноги, чтобы старуха не сочла меня за идиота.

– Что смешного я сказала?

– Помнится, когда мы с Машей только начали встречаться, вы мне наедине тоже шепнули, что думали… – акцентировал внимание на этом её слове. – …что Маше будет только лучше, если она не свяжется с таким огрызком, коим был я. Денег у меня маловато было для вашей мажористой семьи.

Вы всё ещё думаете, что знаете желания своей дочери лучше?"

"– Нет, не думаю, – на спокойном лице не дрогнул ни один мускул. – Но знаю, что она не хотела бы, чтобы ты похоронил себя под её давно остывшим прахом. Ты еще молод, Паша. И хоть ты мне никогда не нравился из-за своего поганого языка, заносчивости, горячей головы и прямолинейности, но… – глубокий вдох, быстрый взгляд в потолок, и снова на меня смотрят выцветшие глаза, наполненные влагой. – …но я благодарна тебе за то, как ты её любил и любишь до сих пор.