Иван-царевича не надо (СИ)

Пока возможностей вернуться в свой мир я не вижу, возможно, со временем и появится такой шанс. Но пока надо устраиваться жить здесь и так, чтобы сохранить свою жизнь и здоровье, то есть, с максимальными возможностями и удобствами. Что в это время достаточно непросто. К тому же, имея на руках убыточное хозяйство. И меня саму, не имеющую никакого опыта работы.

Но также я отчётливо понимала, что нет другого варианта у меня, как собрать себя, свои кое-какие знания в кучу, вычесть отсюда мою природную лень, и начинать работать. А для этого необходимо провести тотальную ревизию всего, что мне досталось.

И завтра с утра обязательно заберу у Игнатьевны ключи от кабинета, от стола в нем, не знаю, есть ли сейф там, но узнаю обязательно. И от мансарды тоже. Хватит этих тайн мадридского двора.

Постараюсь узнать у Верки, она девчонка словоохотливая да примечающая, отчего это Игнатьевна возымела такую власть в поместье. И надо налаживать отношения с соседями. Поместья здесь не самые крупные, да ещё война катком прошлась по многим из них, в одиночку трудно будет выплывать.

Надо будет как-то кооперироваться, выбирать направления специализаций и так далее. Идея помещика Вербицкого весьма интересна и перспективна, но одному ее точно не потянуть, надо искать соинвесторов. Как обычно, идей в голове у меня много возникает, проблема в том, что заниматься их воплощением в жизнь я не хочу, лень-матушка вперёд меня родилась. А теперь… нет у меня за спиной ехидной, но надёжной бабули, пусть безалаберных, но если обратиться, то обязательно помогающих родителей, ни деятельной сестрицы Светки, которая всегда зрила в практический корень.

И что-то мне стало так жалко себя, так я рассуропилась, что заплакала тихонько в подушку. Выплакавшись и устав от сего действа, я начала погружаться в сонную дремоту. Но не тут-то было! Меня напугал и разбудил холодный мокрый собачий (волчий?) нос, шумно сопящий и тыкающийся мне в лицо. Я испуганно подскочила и тут же получила в голове порцию информации.

— Спишь, а у тебя воры объявились! Добро твое, теперь уже наше, умыкнуть хотят! Сава хромой давно спит в своей каморе, а вражины доску в заборе отодвинули и в сарай наметились.

Доски сзади выдирают. Сегодня на поминки двух свиней забивали, да использовали только мясо от одной. А вторую решили на солонину да закоптить. А то посевные работы начнутся, людишек надо будет добре кормить. Я слыхал, сегодня Марфа, мать Верки твоей, говорила своим помощницам. Велела на завтра тузлук (крепкий солевой рассол — прим. автора) приготовить.

Я помотала головой, прогоняя сонную одурь.