9
0Меня трясёт так, будто я только что вылезла из ледяной проруби и не нашла места согреться.
Боже, что мне делать? Что делать? Что???
Что будет со мной, когда наш с Русланом брак развалится?
Это мой последний шанс. Этот ребёнок дан мне богом. И я любой ценой буду пытаться его сохранить, даже если для этого мне придётся пойти против всего мира. Против лицемера, у которого нет души.
Андрей.
Вот кто мне нужен!
У Соболя наверняка есть связи. И если он согласится мне помочь, я смогу исчезнуть. Я смогу себя защитить. Нас защитить.
Нащупав в платье секретный карман, вытаскиваю мобильный, едва не роняя на пол. Пальцы нервно скользят по экрану, находят нужный номер, жмут вызов.
— Маша? Что-то случилось? — удивлённый голос мужчины доносится сквозь вату в ушах. — Ты плачешь? Маша? Алло!
— Помоги мне исчезнуть, — тараторю, выдержав короткую паузу. — Пожалуйста, спрячь меня от него. Ты дал мне свой номер. Ты обещал. Пусть думает, что я умерла. Да что угодно, только чтобы не искал меня. Я знаю, ты можешь. Пожалуйста, Андрей. Помоги…
— Я жду тебя в двести четырнадцатом. Можешь подняться?
— Это же… соседний номер?
— Все вопросы потом.
— Ладно. Я сейчас. Попробую улизнуть от его людей.
Глава 39. Апокалипсис
Маша
Прихожу в себя, будто после глубокого сна. Тяжёлые веки закрыты. Комната слегка вращается вокруг меня. По телу разливается приятная слабость. В воздухе витает запах кофе и… чужого мужского парфюма. Терпкого. Густого. С горчинкой и ароматом табака.
Во рту пересыхает от жажды. Я сглатываю. Мне жарко. Моё тело покрытое испариной. Обжигающе горячее внутри. Или снаружи? Не могу определить…
На мне точно нет подвенечного платья, но каждый вдох всё равно затруднён. Будто сверху привалили тяжёлым мешком.
Запах чужого мужчины усиливается. Проникает в ноздри. Волнует…
Не отталкивающий. Но точно не Руслана. Он пахнет по-другому. Не так.
Нахожу пальцами густые кудри волос. Зарываюсь в них, изучая. Жёсткие. Совсем не такие, как у Исаева…
— Красивая девочка… — доносится хриплый отрывистый шёпот. Шеи касается горячее дыхание. Прикосновение губ и языка обжигает кожу.
Андрей…
Где Андрей?
Мы совсем недавно разговаривали с ним.
Он сочувственно прижимал меня к груди. Гладил по волосам, внимательно слушал. Предлагал варианты. А затем провал в памяти…
Ничего не помню, хоть убей. Я в мороке. Сладостно млея, пытаюсь вернуть себе способность соображать.
— Малышка… — за шепотом следуют поцелуи. Их много. Они везде. На скуле. На губах. На обнаженной груди. Зубы аккуратно смыкаются на чувствительных сосках. Сначала на одном. Затем на втором. Я инстинктивно выгибаюсь, испуская протяжный стон.
Что со мной? Где я? С кем?
Не могу противостоять этому безумию. Тело не моё. Я словно потеряла физическую связь с миром и с собой.
