Невозможный Роман

- То! Как ты сможешь понять, что движет нормальной женщиной, если окружаешь себя лишь безмозглыми бабочками-однодневками? Конечно, там ни проблем, ни забот, ни каких-либо целей в жизни. Хотя нет, - Глаша сдула упавшую на лоб прядь, - тут, пожалуй, я не права. Цель у них все же есть - урвать мужика получше. Конечно, куда им воздерживаться? Тут торопиться, тут спешить надо! Освоить, так сказать, открывающиеся возможности. Но есть совсем другие женщины, Роман. У них цели, планы, амбиции... У них поздний токсикоз и отекающие лодыжки, а потом орущий ребенок с аллергией на глютен и груда конспектов, которые нужно выучить к завтрашней лекции. У них работа, в конце концов! Им вообще не до мужиков, понимаешь? Ни времени на это, ни сил... Ни желания, особенно если уже обжегся.

Аглая замерла. Закусила изнутри щеку, недоумевая, что заставило ее озвучить эту тираду?

- Таким образом, наш разговор плавно перешел на Ганапольского? Заметь, твой вкус в отношении мужиков тоже оставляет желать лучшего.

Глаша откинула макароны на дуршлаг и обернулась через плечо:

- Я знаю, Роман. Ты не открыл мне Америку.

- Нет, ну, в последнее время он явно улучшился.

- Серьезно?

- Угу. Ты же со мной. А я...

- Лучшее, что со мной могло случиться?

- Где-то так, - не стал скромничать Поляков.

Аглая закатила глаза, недоверчиво покачала головой и, не выдержав, рассмеялась. Похоже, скучно ей точно не будет.

Покончив с готовкой, Аглая по-честному разложила пасту на две тарелки, поставила одну перед Поляковым и хотела, было, сесть на свой стул, как тот перехватил её и усадил себе на колени.

- Эй, ты чего?

- Так вкуснее будет... Помнишь, как в мультике, когда Мяв и Гав сосиски ели? А, с чего бы тебе помнить? Ты ж уже, небось, на американских мультфильмах росла...

Только сейчас Роман понял, что их с Глашей разделяло намного большее, чем просто деньги и статус. Ко всему прочему, он был старше. На целых одиннадцать лет. Нет, Поляков всегда предпочитал женщин помоложе, тут она не стала исключением, просто... Тех он вряд ли воспринимал всерьез. Говоря откровенно, он их использовал. Самому себе-то в этом можно признаться? Когда понял, что не молодеет, что жизнь летит вперед со страшной скоростью, он... подсел на секс, как на омолаживающую процедуру. Роман не искал в этих женщинах содержания, ему нужна было исключительно упаковка. Красивое тело, при виде которого у него безотказно вставал. С ними он не хотел чего-то большего. Никогда!

А с Глашей... с Глашей хотел? Все эти жили они долго и счастливо?

Ну, нет... Вряд ли. Серьезные отношения привлекали Романа в той же степени, что и удар по яйцам. Вообще не привлекали, будем откровенны. На жизненной линейке Полякова свадьба значилась где-то в конце. Перед смертью. Сначала либидо, а потом и всего остального.