Покровитель

Она тоже фальшиво улыбалась, принимая правила нашего общества «фальшь и неприкрытая лесть — на первом месте». Каждый пытается найти в собеседнике слабое место и бить по нему, широко улыбаясь и преподнося все как добродетель. Если ты сильный, ты не воспринимаешь это всерьез или бьешь в ответ, если слабый и ведёшься на все, то общество тебя пережевывает и выплевывает. Так вот, Елена велась, хотя старалась этого не показывать. Она дала реакцию, которой добивалась Белинская, показав свою неуверенность и уязвимость, в прямом смысле сбежав из зала."

"Первые десять минут я ждал, что Елена вернётся. Но этого не случилось. Я не планировал бежать за ней и потакать истерикам. Снова злился, чувствуя, как эмоции выходят из-под контроля. Вышел, осмотрел холл, надеясь на то, что Елена в дамской комнате, но нет, бл*дь, она сломя голову выскочила из зала.

Я сорвался от едкого разочарования и зачем-то помчался за Еленой, а потом осознал, что именно в этот момент нарушаю свои принципы — не останавливать тех, кто хочет от меня убежать. Не догонять женщин, которые хотят уйти из моей жизни. Моя дверь всегда открыта для тех, кто хочет уйти, но вернуться уже невозможно. А когда понял, что она бежала вовсе не от меня, немного выдохнул, но опять пришел в ярость от того, что Елена не пришла ко мне, или хотя бы к моей машине с водителем, а вновь решила взвалить все на себя. Нет, я не сужу ее как мать. Это инстинкт — бежать сломя голову, спасая своего ребенка. Сам не пойму, почему меня раздражает то, что на подсознательном уровне она не видит во мне защиты или не доверяет.

И вот мы в больнице, с пацаном все сравнительно хорошо, не считая перелома бедра и сильного испуга. Но это самое легкое, что ему могло грозить. Удар пришелся на сторону детей. Соседке Кристины повезло меньше, одному из близнецов сделали операцию, но все прошло успешно. Я поговорил с врачом, убедился, что здесь довольно грамотные и опытные специалисты. Настоятельно попросил завотделением лично наблюдать мальчика, и перевел ребенка в отдельную комфортную палату.

И вот, казалось бы, и все, моя миссия выполнена, и я могу ехать отдыхать, дальше Елена позаботится о мальчишке сама, на всякий случай у нее будет Артем. Но нет же, я как идиот сижу в машине возле больницы и пытаюсь понять, зачем я это делаю.

На улице светает, Елена провела в больнице всю ночь и очень устала. И меня, бл*ть, беспокоит этот факт! Под утро договариваюсь с собой, что это простая забота, как о человеке или сострадание, и направляюсь в отделение, где лежит сын Лены. Тихо приоткрываю дверь палаты и вижу, что мальчик спит, как и Лена. Она уснула в кресле. В красивом платье, с уже испорченной прической и размазанной косметикой. Без серёжек! Ещё ни одна женщина не отказывалась принять от меня украшения.