Покровитель

Я думал Елене понравится, но нет же, она пыталась мне их вернуть. Пришлось вручить ей их в грубой форме. Мне все чаще кажется, что я ошибся с выбором женщины. Елена не укладывается в мои рамки и переходит границы. Но с другой стороны она наполнила мою жизнь хоть каким-то смыслом. Ее характер вызывает бурю эмоций — давно со мной такого не было.

Тихо подхожу к Лене, и убираю волосы с ее лица, намеренно задевая щеку, висок. Елена вздрагивает, просыпаясь и тут же переводит взгляд на мирно спящего сына. Как мать она прекрасна.

— Что случилось? — спросонья шепчет она.

— Все хорошо. Пошли выпьем кофе? — предлагаю. Она хмурится, и снова смотрит на сына. Елена плакала, переживая за ребёнка, поэтому на ее глазах подтёки от косметики. Я беру с тумбы влажные салфетки, и сам стираю следы слез с ее щек. — Не переживай, я узнавал, ему вкололи обезболивающее со снотворным. Он будет долго спать. Пошли, — не жду ответа, хватаю за руку и тяну за собой. Мы выходим в коридор, и я замечаю, что она хромает.

— Что с ногой? — замедляю шаг понимая, что Елене трудно быстро идти.

— Туфли, — как ребенок хнычет она. Качаю головой и завожу ее в кафетерий при больнице. Беру пару больших стаканчиков латте с собой и заварное пирожное для Елены. Сладкое ей сейчас не помешает. Она очень устала, наверное, больше морально. Вывожу Елену из кафе, веду к машине, помогаю сесть и устраиваюсь рядом.

— Снимай свои туфли, — усмехаюсь, когда она со стоном их скидывает. Протягиваю ей стаканчик кофе и пирожное в бумажной коробочке.

— Спасибо, — тихо благодарит она.

— Это просто кофе, — сам откидываюсь на спинку сидения, немного расслабляясь.

— Нет, я в общем…. Спасибо за помощь за заботу, пусть между нами договор, но обо мне никто так не заботился. Если бы не ты… я бы не знаю, как жила сейчас…

— Не нужно повторяться, я и с первого раза принял твои благодарности, — шучу я.

— Когда я так говорила?

— Какая разница.

— Когда была пьяна? — киваю, отпивая кофе. Перевожу взгляд на Елену и смотрю на ее пальчик, которым она гладит стаканчик с кофе и на самого вдруг накатывает усталость от этой жизни. И если все проблемы Лены можно решить деньгами и связями, то мои уже ничем не решить. Есть уровень проблем, которые решаются только смертью. Точнее просто перестают существовать.

— Прости, никудышная из меня любовница, — невесело усмехается Лена. — Одни проблемы и никакого удовольствия, — сдавленно произносит и выдыхает, отворачиваясь к окну.

— Все решаемо."

"— Нет, мне кажется, меня прокляли, — и тут я понимаю, что Елене нужно выговориться, устала она держать все в себе. Готов ли я ее слушать?! Пожалуй, да. Пусть выплескивает все. — Все началось с развода… Нет, с замужества, и покатилось вниз на полной скорости. Одно за другим.