Приручи мою душу

Она точно никому не скажет, но… хуже всего для меня видеть жалось в глазах. Да и вообще не хотелось грузить соседку. Наверняка сама зализывала раны из-за Джокера. Если тем вечером он был в клубе, не представляю, чем это для нее закончилось…

Вспомнив о Соне, я заставила себя, наконец, поставить телефон на зарядку и включить его. Пришло пару уведомлений о звонках от подруг, с которыми я провожу время в спа и фитнес зале, от мамы, которая скорее всего хотела позвать меня на очередной званый ужин и смс о пополнении счета.

Я грустно усмехнулась, глядя на ежемесячную подачку от отца.

Пропустив колючую волну негодования, я велела Сири набрать Золотую ручку — так я вбила Соню в контакт. Гудков было много, но ответа я так и не дождалась. Она сама перезвонила через несколько минут и приглушенным голосом сообщила, что еще находится в больнице с бабушкой. Как будто я могла знать об этом. Естественно я ничего не поняла, но не стала расспрашивать подругу, а после разговора полезла в мессенджер.

От нее действительно остались сохраненные сообщения. Оказывается, у Сониной бабушки случился инсульт, и она уехала из города, чтобы ухаживать за ней.

Отбросив смартфон, я вернула голову на подушку и нервно выдохнула. Опять его глаза всплыли в сознании. И все, что происходило в квартире, как пластинка на повторе картинами проносилось в голове. И все, что он делал и все, что говорил… Черт.

Потянувшись к тумбочке, я вытянула из футляра эир подс и заткнула уши. Нашла самую заводную песню из списка, и сделала громкость на всю мощь.

Только бы не слышать его голос в голове.

КИР

Значит, не села в машину, гордая царевна. И даже будучи на лопатках не осталась в долгу.

Тяжелое детство, блядь. Не угадала, соплячка!

Человек сам делает выбор — быть праведником или злодеем. Никто не виноват в моих грехах, и никогда я не искал себе оправданий. Так почему меня ебет, что она там вякнула перед уходом?

Брюнетка, которая с средины глянцевой копны волос превращалась в блондинку, выплыла из-за стола и, не забыв поднять кошачьи глазки ко мне, направилась на танцпол. Красивая пантера. Двигается, что надо, умеет показать себя.

Пребывая в своих мыслях, я наблюдал со второго этажа, как она танцует, периодически присматриваясь и к другим вариантам. В моей руке находился бокал, который я больше грел, чем пил, опираясь локтями о парапет подсвеченный красным неоном.

С самого начала ведь нутром чуял, что не пройдет даром это знакомство с цацкой Михеевской. Сложные парни, простых путей не выбирают, так что ли Кир? Сложностей захотелось? На том и споткнулся. Никогда мне не нужны были чужие сложности.