Хаски и его учитель белый кот. Том III

Сегодня он стоит здесь, и кто теперь осмелится сказать ему: «если тебе на роду написан метр, не стоит просить о трех»?

Чушь! Он хочет десять, сто, тысячу метров, а лучше — вознестись до самых небес!

Он желает, чтобы каждый человек в этом мире, все до единого, опустились на колени и подставили свои спины, став лестницей, по которой он взойдет на небеса…"

"И он наступит на всех бессмертных ради того, чтобы возвеличить себя в этом смертном мире!

После того, как Мо Вэйюй вошел в Зал Сяньсянь и встретился с Наньгун Чанъином, он окончательно определился в своих желаниях и замыслах. Да, ради славы и почета он постарается растоптать всех бессмертных, крепко сожмет в ладони все, что дорого его сердцу, и заберет у этого мира все, что сможет ухватить.

Он больше никогда не будет тем беспомощным ребенком, что мог только плакать и ласково гладить мертвое тело матери. Он больше никогда не допустит, чтобы любимый человек умирал и гнил у него на глазах, не будет смотреть, как, постепенно обнажая белые кости, с него слезает кожа и плоть, а сгнившее лицо превращается в грязь.

Больше никогда!

Сто лет спустя он также станет божеством, подобным Наньгун Чанъину. Ему будут поклоняться и приносить жертвы, на него будут смотреть снизу вверх, как на самую высокую гору, его изваяние высекут из белого нефрита и осыпят позолотой.

Нет, он будет лучше, чем Наньгун Чанъин. Его Пик Сышэн превзойдет изначальную Духовную школу Жуфэн, а сам он станет самым почитаемым и восхваляемым первым императором мира совершенствования, в отличие от этого лицемера и ханжи Наньгун Чанъина, который из ложных принципов не смог позволить себе принять этот высокий статус.

Грехи?

Он не верил, что у Наньгун Чанъина не было грехов. Разве может тот, кто породил такого монстра, как Духовная школа Жуфэн, быть благородным и праведным человеком, способным пожертвовать жизнью ради правого дела?

Значит «жадность, ненависть, ложь, убийство, блуд, воровство, грабеж — семь недопустимых вещей для благородного человека»? Красиво словоблудить мы все умеем, а что на деле? Перед смертью Мо Вэйюй тоже может найти какого-нибудь краснобая, чтобы он придумал для него несколько запоминающихся высокоморальных изречений, и люди потом веками расхваливали его «Слово бессмертное, мир пробуждающее[215.5]». И конечно, совсем несложно будет найти какого-нибудь льстеца, который перепишет для него исторические записи, одним росчерком кисти стерев его темные дела и злодеяния, представив будущим поколениям Наступающего на бессмертных Императора, как «всем сердцем радеющего за народ и величие своего отечества» мудрейшего главу всех времен.