Совсем другая любовь (СИ)

Может быть он и любит тебя сейчас, когда у вас сплошной адреналин в крови, но если вы отсюда выберетесь, как долго он останется с тобой?

Майкл на миг замер, посмотрел на Джеймса, а потом на жену.

""Да что ты, — мысленно протянул он. — На базе тоже адреналин в нем играл? Даже когда я избегал его? Но ты ведь так не считаешь… — прищурился он. — Ты говоришь это просто назло.

— Вовсе нет, — Селен посмотрела на него с жалостью. — Ты просто, видимо, забыл, что на станции ты не был калекой.

Жестокие, но правдивые слова хлестнули так, что Майкл изо всех сил сжал руку Джеймса, а затем и вовсе остановился, как вкопанный.

— Ненавижу тебя, — прошептал он, закрыв глаза. — Ненавижу! — последнее он уже прокричал, а затем посмотрел Селен в глаза: — И убери от него свои руки! Не смей трогать его! Не смей больше заговаривать со мной! Найди кого-нибудь другого, на кого изливать свой яд. Не калеку!

— Майкл! — Джеймс взял его за плечи и развернул к себе, обеспокоенно вглядываясь в глаза. — Посмотри на меня! Ее здесь нет! Здесь никого нет, только ты, я и гребаные роботы внизу.

Майкл с трудом оторвал взгляд от Селен и посмотрел на него.

— Она изменилась, Джеймс, — в отчаянии прошептал он. — Из-за меня она совсем не похожа на себя прежнюю. Но она ведь права… Права! Как долго ты сможешь смотреть на меня, не вспоминая запах жженого мяса? Да я же буду для тебя вечным напоминанием того, что мы упустили момент.

— Это правильно, милый, — мурлыкнула Селен. — Что на жалость давишь. Так ты сможешь его удержать. И он даже не станет тебе изменять, — хмыкнула она и снова погладила Джеймса по плечу. — Но ты не сможешь повлиять на то, что он будет засматриваться на других парней. На улице, в ресторанах, в магазинах. Поначалу ты не станешь этого замечать, но однажды увидишь, как он будет помогать расстегнуть куртку тебе, а глазами будет раздевать других.

— Если бы только слышал, что она говорит, — произнес одними губами Майкл и крепко зажмурился, надеясь, что морок пройдет.

Секунда шла за секундой, но ничего не менялось. Он по-прежнему чувствовал взгляд Селен, а Джеймс молчал, не двигаясь с места. А когда заговорил, голос его был полон горечи.

— Ты сомневаешься во мне — вот в чем дело, — Джеймс отпустил его плечи и отвернулся. — Не прячься за ней. Эти слова только твои. Ты не веришь мне. Думаешь за меня. Решаешь.