Три Анны

Несмотря на дорогую и модную одежду, вид незнакомки вызывал острую жалость: худенькая, бледная, с покрасневшим от холода остреньким носиком, она напоминала больного воробышка, которого хотелось немедленно накормить и обогреть. Лицо девушки показалось знакомым, и Аня, остановившись, прикрыла ей голову своим зонтом.

– Ты вся вымокла. Пойдём, я тебя доведу до метро. Под моим зонтиком хватит места для двоих.

Но девушка упрямо мотнула головой, с писком высморкалась в мокрый носовой платок и подняла голову:

– Тебя ведь Аня зовут? А меня Жанна Сметанина. Мы встречались на семинаре по средствам коммуникации. Не помнишь?

Семинар по коммуникациям Аня помнила, но, кто там был, сказать затруднялась. В тот день Роман Дереза назначил ей первое свидание, и её мысли витали далеко от институтских стен.

– Не помню.

– Ну и ладно, считай, снова познакомились, – сказала Жанна и откровенно призналась: – Уйти не могу, у меня здесь наблюдательный пункт.

Хотя было очень любопытно услышать, за кем наблюдает её новая знакомая и зачем она это делает, Аня сдержалась от вопроса. Неприлично выспрашивать подробности частной жизни.

Но Жанна не собиралась делать секрет из своего странного времяпрепровождения и охотно разъяснила суть дела:

– Понимаешь, жду Вадима Олеговича…

Дальнейшее объяснения можно было отложить, так как Аня мгновенно ухватила суть проблемы. Вадим Олегович – молодой жидковолосый доцент с невыразительным лицом – славился своей лютостью и сдать ему зачёт с первого раза считалось невероятной удачей.

Сочувственно переведя взгляд на промокшие Жаннины коленки, жмущиеся друг к другу, Аня посочувствовала:

– Провалилась на экзамене?

– Не-а, – усталые глаза Сметаниной заискрились задором, – замуж за него решила выйти.

Увидев изумлённое лицо Ани, собеседница довольно изогнула брови и изложила свой план:

– Увидит меня Вадим на лавочке, замёрзшую, несчастную, авось и пожалеет, как ты. Поведёт до метро, предложит зайти в кафе или, на худой конец, просто запомнит мою персону. А дальше уже дело техники.

С воротника осенней куртки сорвалась капля воды и закатилась Ане за шиворот, противно холодя шею. Она подумала, что, должно быть, Жанна уже не чувствует сырости, проведя под дождём немало времени, и хотела отговорить её оставить безумную затею и покинуть пост, как вдруг Жанна встрепенулась:"

"– Идёт! Спрячься, не мешай!

Прятаться Аня не стала, а, кивнув на прощание, пошла своей дорогой, через пару минут позабыв о смешной девушке, рискующей здоровьем ради знакомства с вредным доцентом.