Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Тамми Бакстер, если ее так звали, сказала, что Пэрли провел в комнате Хетти больше часа, а со шкафом он разобрался бы за пять минут. Я отвернулся и пошарил глазами по комнате. Бюро и комод — еще бессмысленнее. Я прошагал к пианино и, приподняв крышку, присмотрелся. Места много, но — нет. Молоточки будут натыкаться на преграду, а кто знает — вдруг Пэрли присел за инструмент и сыграл на нем похоронный марш?

Оставалась кровать. Подойдя к ней, я приподнял край матраса. Под ним оказался второй матрас. Верхний был мягкий, а второй, лежавший на деревянном каркасе, – жесткий, как доска.

Пружин не было. Вытащив из кармана перочинный нож, я аккуратно взрезал подкладку верхнего матраса с нижней стороны, возле самого края. Я еще ни разу не прикасался к свертку голыми руками и, не желая нарушать традицию, вынул из кармана пальто перчатки, натянул их и лишь тогда осторожно вложил сверток в матрас. Разгладив постель, я упрятал перчатки в карман пальто, отпер дверь, спустился в вестибюль и позвонил по самому знакомому номеру. Ответил Фриц. Я сказал, что хотел бы поговорить с Вульфом.

— Но, Арчи! Он сейчас обедает вместе с дамой!

— А вот я, представь себе, не обедаю.

Придется раз в жизни нарушить правило. Скажи, что я голоден и несчастен.

Пару минут спустя я услышал голос Вульфа:

— Да?

— Да. Дело в шляпе. Я жду ее здесь. Вы узнали имя?

— Нет. Кое-что она еще рассказала, но называть его отказывается наотрез. Она крепкий орешек.

— Не сомневаюсь. Ладно, я жду.

— Скоро она приедет. Сам знаешь, сидящий за моим столом приравнивается к гостю, а любой гость — мужчина или женщина — имеет право закончить трапезу.

— Я не возражаю. Развлекайтесь вволю.

Я пока перехвачу где-нибудь сандвич.

— Ни в коем случае! – прорычал Вульф и повесил трубку.

Разговор наш состоялся в 13.22, а приехала Тамми без трех минут два. Однажды я проторчал под дождем целых девять часов, дожидаясь, пока в подъезде на противоположной стороне улицы появится интересующая меня личность; так вот, эти тридцать пять минут дались мне куда тяжелее. Случись нагрянуть полиции или секретной службе, и — пиши пропало. А тут — «любой гость имеет право закончить трапезу». Представляете? Стеклянной панели во входной двери не было, и я все это время таращился на улицу через крохотное оконце.

Когда Тамми наконец появилась, я открыл дверь, когда соратница Лича еще только заносила ногу на ступеньку.

— В комнату мисс Эннис, – кивнул я, и Тамми направилась к лестнице. Я проследовал за ней, помог избавиться от шубки, а потом, не удержавшись, спросил: — Вы не останавливались по дороге, чтобы кое-куда позвонить?

— Вы ко мне несправедливы, – укоризненно произнесла она. – Я ведь обещала!

— Вот и славно. Я очень рад.