Запад в огне

«Капитану Романцеву. Действуйте в соответствии с широкими полномочиями. Куренного атамана Гамулу взять живым. Для выполнения задачи в случае необходимости привлечь оперативные подразделения НКВД. Начальник отдела контрразведки «СМЕРШ» Тринадцатой армии полковник Александров».

Чиркнув зажигалкой, Романцев поджег сообщения. Терпеливо проследил за тем, как огонь уничтожил написанное, а потом приказал:

— Передай вот что… Начальнику отдела контрразведки «СМЕРШ» Тринадцатой армии полковнику Александрову. В составе группы из пяти человек выдвигаемся на место для задержания куренного атамана Гамулы.

Большое подразделение в нынешнем случае нецелесообразно, в связи со скрытым подходом к хутору. Капитан Романцев.

Солдат быстро записал сказанное и зашифровал сообщение. Взялся за телеграфный ключ и уверенно, все с тем же наивным выражением, передал радиошифровку.

— Все, товарищ капитан, — снял он наушники.

— Выдвигаемся в сорок шестой квадрат, — сказал Романцев. — Идем тихо, так, чтобы ни одна ветка не треснула!

Глава 5. Закоренелый враг

Первым шел капитан Романцев, очень аккуратно шел, показывая пример остальным.

За ним, вытянувшись в линию, ступали остальные автоматчики. В лесу стояла тишина, птицы не в счет, у них свои дела. Лето было в зените, а потому, обремененные семейством, они сновали по лесу в поисках кормежки, когда истошно и голосисто, а когда звонким чириканьем заявляя о своем праве на жизнь."

"— Я эту местность хорошо знаю, дальше за этим оврагом, — показал старший лейтенант Григоренко на узкую расщелину, заросшую лиственным лесом и орешником, — будет небольшой ручей, потом метров через сто — поляна. За ней сразу — холм.

Вот с него этот хуторок будет виден как на ладони.

Пригибаясь под растопыренными хлесткими ветками и без конца смахивая с запотевших лиц липкую навязчивую паутину, спустились в неглубокую расщелину, по дну которой, разрыхляя красные глинистые берега, стремительно сбегал голосистый ручей. Разом потянуло свежестью, лица остудило желанной прохладой. У самого подножия трава высокая, мягкая, снять бы сапоги и, по щиколотку утопая в воде, пройтись бы по бережку.

Неожиданно из-под самых ног, заставив вырвать из кобуры пистолет, взлетела крупная куропатка и, шумно размахивая крыльями, затерялась в далеко растущих кустах.

— Стрелять надо было, товарищ капитан, — пошутил шедший рядом Григоренко. — Глядишь, на ужин бы дичи отведали. А то уже желудок от голода сводит.

— Ты бы по сторонам лучше смотрел, — недовольно буркнул Романцев. Понемногу возвращалось былое спокойствие, а ведь он и в самом деле чуть не пальнул в горемычную птицу. — Здесь кто угодно может быть.

Тимофей присел на корточки у ручья и черпанул ладонями колодезную воду.