Баба Нюра в новом теле (деле) (СИ)

Выглядел граф слегка помятым и чуть треснутым по голове, но в целом, неплохо. Смотрел на побледневшего Нельса так, будто тот ему десять тысяч должен со времён Советского Союза.

И тут я ощутила что-то в руке, которую держал проходимец. Лёгкое, слегка колючее по углам, в основном гладкое, как бумага.

Записка?

— Что здесь происходит? — холодно поинтересовался инспектор, вновь возвращая себе отвратительную высокомерную манеру общения. — Объяснитесь немедленно!

Я вздохнула. Но вот, а ведь такой милый мальчик был до падения газового ключа. Говорил ласково, помогать рвался. А теперь рычит, как голодный зверь. Может, его это… Снова «переключить»?

Поддаваться соблазну я не собиралась, но само намерение принесло огромное удовольствие и придало сил для ответа.

— Господин Ангрен уговаривал бежать с ним, — выпалила я.

Нельс побелел ещё сильнее. Сжал мою руку так, что бумага явственно хрустнула. Я надеялась, что это бумага, ведь лечить сломанные кости было не на что.

— Но я отказалась, — добавила торопливо, заметив, как гневно заблестели глаза Мора. Повернулась к Нельсу и подмигнула: — Благодарю за ваше предложение, но я и моя семья не имеют права покидать город. Так ведь, господин инспектор?

— Верно, — кивнул он и перевёл взгляд на коленопреклонённого мужчину.

Тот мгновенно засуетился, поднимаясь и одновременно кланяясь.

— Тогда я пойду? Спасибо за вашу доброту… Прощайте, молодая госпожа.

— До встречи, господин Ангрен, — я положила ключ на плечо и прищурилась, будто смотрела в прицел винтовки.

Жеста Нельс не понял, но посыл до него дошёл, иначе почему мужчина бросился наутёк?

Мы с Мором остались вдвоём."

"Инспектор медленно приблизился и внимательно осмотрел ключ. Кашлянув, я спрятала его в карман и невинно хлопнула глазами:

— Как спалось, господин Мор? Недавно вы изволили вздремнуть в нашем саду. Я всегда говорила, что свежий воздух крайне полезен для здорового сна. Жаль, что мы с матушкой торопились на базар, иначе бы дождались вашего пробуждения.

— Это правда? — сузив глаза, он наклонился, приближая лицо к моему.

Запугивает? Это он зря. Не на ту невинную деву напал! Я не отвела взгляда, лишь коротко подтвердила:

— Правда.

Он продолжал буравить меня непроницаемым взглядом, и я пояснила:

— Когда мы расстались, вы спали сном младенца.

И ведь не солгала!

Он вдруг усмехнулся, и на миг его голос потеплел, вновь став волнующе низким и и бархатным:

— Простите, что уснул в середине нашей беседы, леди Ханна. Возможно, вы посчитали меня невежливым, и я заслужил вашу обиду вкупе с ненавистью из-за ареста вашего отца и срыва свадьбы. Но позвольте объясниться. Я не считаю вас скучной. Уж поверьте! Настолько нескучного человека я не встречал за всю свою жизнь.

«Повезло тебе, юноша, — усмехнулась я.