Долг платежом красен

Пока престарелая участница не передумала, я махнул Сэму, чтобы ставил ее на полосу.

И они побежали… Однако вскоре бабуля, прыгая с камня на камень и держась за руку Сэма, все же умудрилась промахнуться и начала падать. Каким образом наш самый сильный парень умудрился не удержать старушку, осталось загадкой, но в итоге их маханий руками и ногами вырисовалась любопытная композиция. Сэм лежит на земле с выпученными глазами (то ли с перепугу за пожилую женщину, то ли она воздух из него выбила, падая), на его груди, как на лавочке, сидит этот божий одуванчик, и даже руки на колени положила.

Смех, поднявшийся на трибунах, наверняка можно было услышать даже в замке.

— Эй, Марта! Ты явно промахнулась! Надо было не садиться, а ложиться. Хотя и сидя можно, если по-другому пересядешь, — заорали с правых трибун.

— А ну, покажи ему, что такое ветераны! — вопили с левых.

Помощники рванули к упавшим. Один — чтоб Сэма оттаскивать, другой подхватил участницу и вновь поставил ее на полосу. И что самое удивительное, она даже не сопротивлялась.

К моменту, когда старушку дотащили до конца полигона, народ на трибунах лежал в лежку, задыхаясь от смеха, а трое моих парней замазывали ссадины и царапины, полученные в процессе соревнований от участницы.

А она, ни на кого не глядя, сразу промаршировала к самому яркому сарафану, висевшему на перекладине высокого шеста, и попыталась его достать. Пришлось срочно снимать приз сверху, пока активная старушка не порвала сарафан или не сломала шест. Как оказалось, отважная бабуля завоевывала сарафан для своей внучки, которую она одна растила. Та уже была на выданье, но по случаю бедности не имела приличного платья, чтоб ходить на молодежные посиделки.

— Поздравляю вас с заслуженной победой! Позвольте вручить вам этот приз. И хочу от себя добавить, что если вы выгоните на полосу препятствий свою внучку и та ее пройдет, то мы подарим вам или ей обувку, какую попросите — хоть сапоги, хоть туфли, — стараясь не упускать прекрасный шанс, предлагал я еще одну сделку.

Не выпуская сарафана из рук, бабуся рванула к трибунам. И уже через пару минут гнала перед собой миленькую девушку лет пятнадцати, одетую в платье, состоящее почти из одних заплат.

Чтоб взбодрить девчонку, я нашептал ей про обувку и разноцветные ленты в волосы от меня лично. В этот момент из толпы вышла еще одна оборванка, лет шестнадцати, и заявила, что за сарафан она тоже согласна побегать. Кла-ассно! Дело начинает сдвигаться с мертвой точки.

И тут я вспомнил о нашем младшем прибавлении в команде. О! Да эти просто обязаны бежать впереди паровоза!

— Найди Фэда, пусть запустит всех новичков старше десяти лет на полосу. Обещали служить, вот пусть и жужжат, — приказал я Тарэну.