Избранница мятежного генерала

 — А может, он узнал про мой план и караулит меня? Нет, Ханн не могла меня сдать.

Ситуацию спасла, как ни странно, Сарайя. Смуглянка, обиженная на друзей за то, что не взяли её в ночной патруль, вынесла во двор что-то, завёрнутое в чёрную тряпицу и осторожно передала Иль Кану."

"Лидер благосклонно кивнул, вызвав на лице молодой охотницы широкую улыбку и она, несмело коснувшись рукава его плаща, побежала в сторону тёплого, натопленное за день помещения дозорной башни.

Иль Кан покачал головой и не спеша направился к проёму в полуразрушенной стене. Проводив взглядом фигуру, исчезнувшую под покровом ночи, Элена досчитала до ста, завернулась в плащ и осторожно вышла на улицу, прислушиваясь к окружающим её звукам.

Никого!

Она огляделась по сторонам, после чего уверенно направилась к полуразрушенной стене, где десятью минутами ранее скрылся генерал.

Было лишь одно “но”.

Покидая крепость, она не заметила, как в десятке метров от неё находился человек, который с удивлением смотрел беглянке вслед.

Сарайя.

Охотница безмерно уважала её лидера, и была благодарна ему за то, что Иль Кан, в отличие от учителей и главы Воинской школы, без колебаний принял смуглянку в отряд и признал её таланты. Будучи преданной генералу, она не могла поверить, что кто-то был способен так просто нарушить его приказы, особенно новенькая, которая не вызывала у неё даже слабой симпатии. Приняв единственно верное, по её мнению, решение, Сарайя направилась в жилое крыло, ожидая возвращения Иль Кана.

Элена без помех покинула пределы крепости и побежала в ту сторону, где, по плану Ханн, находилась та самая отдалённая таверна.

“На чём держатся их запреты, если ускользнуть отсюда проще простого?” — недоумевала она, стараясь не сходить с тропы, еле видной под светом луны, который пробивал себе путь между голыми ветвями деревьев. В отдалении раздался протяжный вой и Элена нервно сжала в руке мешочек ядрёно-пахучей травяной смеси. Члены отряда, перед тем как уйти на обход, натирали кожу и одежду травами, чтобы сбить с толку зверя и не стать добычей для стаи голодных волков.

“Не бойся”, — уговаривала она себя, едва не срываясь на бег. — “За несколько месяцев никто из патрулирующих не стал жертвой хищников.”

Лишь на окраине она позволила себе перевести дух, и, сверяясь по карте, слабо освещаемой бледной луной, направилась в нужную сторону.

Элена успела прибыть прямо в разгар веселья. В таверне, расположенной на границе Кэррей, царило оживление.

Поначалу она лишь прислушивалась к разговорам, да перебирала в кармане монеты, взятые из хранилища, куда члены отряда складывали добытые в бою трофеи. Однако, спустя пару часов, она решила, что пришло время действовать.