Хроники Придайна

Первым заметил бессмертных воинов Гурджи. Он посерел от испуга и буквально онемел, лишь молча указывая рукой на простершуюся перед ними долину, усеянную россыпями громадных камней. Глю мелко заморгал и чуть не подавился едой, которую на ходу запихивал в рот. Эйлонви, сузив глаза, всматривалась в даль. А бард лишь протяжно негромко присвистнул.

Сердце Тарена упало при виде длинной колонны, змеившейся по равнине. Он вопросительно глянул на Колла.

— Сумеем ли мы их задержать?

— Малюсенький камешек может повернуть в сторону снежную лавину, — спокойно сказал Колл — Слабая веточка иногда ложится в основание запруды и останавливает реку.

— Это верно, — заметил Ффлевддур. — Но что случается с этим камешком и той веточкой? Предпочитаю об этом не думать.

Тарен собирался уже просигналить воинам, чтобы они приготовились к нападению, но Колл остановил его, взяв за руку.

— Еще рано, мой мальчик, — тихо сказал он. — Сначала я бы выяснил, какой дорогой эти чудовища собираются пройти в Аннувин. Камешек сделает свою работу, если положить его в верном месте.

Остаток дня и утром следующего отряд Тарена шел в стороне от Детей Котла, иногда чуть впереди, иногда сбоку или следом, но ни на миг не теряя их из виду.

Тарену показалось, что бессмертные воины замедлили шаг. Темное змеиное тело колонны продолжало двигаться вперед, но как-то тяжело и неуклюже, будто навьюченное непомерным грузом. Тарен обратил на это внимание Колла, и тот с удовлетворением кивнул.

— Их сила постепенно уходит, — сказал Колл. — Время работает на нас, но думаю, что вскоре и нам самим придется немало поработать.

Они достигли неровной и неясной границы пустыни, где живой травяной покров земли постепенно, а кое-где и резко переходил в бесплодные и голые, уходящие за горизонт поля.

Везде, сколько мог видеть глаз, иссохшая земля была перерезана, словно глубокими шрамами, оврагами, канавами, бороздами. Ни одного деревца, ни кустика не росло на этой унылой красноватой земле. Даже подобия живого растения не увидел Тарен. Он глядел на эту багровеющую под скользящими лучами солнца землю со все нарастающим беспокойством. Его охватывал озноб, и не столько от налетевшего резкого ветра, сколько от немой тишины, которая, словно тяжкая пелена тумана, лежала над безжизненным простором. "

"— Что это за место? — спросил он почти шепотом.

Колл скривился.

— Теперь это называется Багровыми Землями, — сказал он и грустно добавил: — Боюсь, что так выглядит теперь и мой заброшенный огород.

— Я что-то слышал об этих мертвых землях, — задумчиво проговорил Тарен, — но думал, что это не больше чем выдуманные истории, рассказанные путешественниками для забавы слушателей.

— Теперь ты видишь, что это не досужие выдумки, не сказочки говорунов.