Красная линия

Он горячий!

– А еще высокомерный, наглый, самодовольный и охренительно раздражающий! – выпалила я на одном дыхании.

– О-о-о… – протянула Ван. – Ты втрескалась.

– Иди ты!"

"– Пресвятая Дева, раньше я посмеивалась над твоими мечтами выбраться из Саутсайда, а теперь ты приглашаешь меня на игры, билеты на которые, стоят больше, чем моя годовая зарплата, приезжаешь ко мне на Феррари, а о твоей личной жизни я узнаю из новостей в интернете…

Я закатила глаза.

– Поменьше читай всякий бред.

– Ты и в самом деле зажигаешь сразу с тремя?

– Ван, не будь идиоткой, – раздраженно ответила я.

 – За мной ухаживает только Лиам Вайдман, на этом все.

– А звездный блондинчик?

– Просто друг.

– Каллахан?

– Заноза в заднице.

Ванесса ухмыльнулась.

– Я дважды произнесла его фамилию, и в обоих случаях твои глаза тут же загорались.

– Это огонь ненависти, Ван!

– Ну-ну. Кстати, к твоему дому не раз подъезжали какие-то репортеры…

Желудок скрутило узлом.

– Мне плевать. У меня новая жизнь, и обсасывать с этими вонючими охотниками за сенсациями свою старую я не собираюсь. С меня хватит унижений.

Кем я у них там уже была? Шлюхой, стриптизершей, алкоголичкой, наркоманкой… С меня хватит этого дерьма, Ван. Я закрыла все свои профили в социальных сетях и больше не собираюсь окунаться в эту грязь.

– Ты могла бы зарабатывать сумасшедшие деньги на своем инстаграме, – Ванесса смотрела на меня, как на душевнобольную. – Только представь, сколько людей на тебя подпишется, если ты разместишь там домашние фотки хоккеистов. Или сольешь какие-нибудь пикантные подробности из их жизни…

– Ты точно идиотка, Ван, – я покачала головой.

 – У нас подписан договор о неразглашении. Я не имею права ничего такого публиковать без разрешения. Это их частная жизнь. Эш позволил мне распечатать несколько фоток, но лишь для себя… И знаешь, эти парни просто не заслуживают предательства.

– Ску-у-у-ука, – протянула она.

Я искоса посмотрела на подругу, которая внезапно показалась мне такой же чужой, как и Саутсайд, и почувствовала, как последние ниточки нашей близости натягиваются и с треском разрываются.

Глава 27

– Милый, ты обязательно должен приехать домой на День Благодарения.

Голос матери, как всегда, был ровный и безэмоциональный. Не припомню, чтобы хоть раз слышал, как он поднимается выше, чем на одну октаву. Я забросил спортивную сумку в багажник Рендж Ровера и захлопнул дверцу.

– Зачем? – фыркнул я. – Это семейный праздник, а у меня нет семьи.

– Что ты такое говоришь, Дэйв? – спокойно спросила она. – Мы с отцом будем рады с тобой повидаться. Я так соскучилась по тебе, мой мальчик.

– Серьезно? – горько усмехнулся я, сжимая в руке мобильник.