Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

И это, между прочем, уже третий барьер на пути тех, кто желает подслушать, о чем вы, к примеру, будете разговаривать с генерал-лейтенантом Василевским или контр-адмиралом Ларионовым. И уж поверьте, и в Абвере, и в МИ-6, да и в американской военной разведке отдадут все, чтобы узнать подробности того, что произошло в Крыму.

– Третий барьер – это хорошо, – Сталин положил трубку на стол, – и что такое секретность, особенно в таком деле, это тоже товарищу Сталину объяснять не надо. Так, может, вы поясните, каковы первые два барьера?

– Товарищ Сталин, это неиспользуемый в настоящее время радиодиапазон, слишком высокая частота для современных приемников, и это новый для нашего времени способ модуляции – частотный… Извините, я не связист, но это что-то вроде ВЧ связи, только беспроводной.

– Понятно… – Сталин снова прошелся по кабинету взад-вперед. – И когда, товарищ Санаев, будет готов к работе этот ваш чудо-аппарат?

– Примерно часа через полтора, товарищ Сталин, аппаратура должна с мороза немного согреться в теплом помещении. Тем более что антенну к станции мы с собой не привезли, и теперь все необходимое нужно срочно доставить со складов МВО.

– Хорошо, товарищ Санаев, товарищ Сталин полтора часа подождет, он ждал и подольше… – Сталин с тяжелым чувством посмотрел на майора госбезопасности Санаева. – А теперь… Какой третий вопрос вы оставили напоследок?

– Самый тяжелый, товарищ Сталин, – майор Санаев опустил глаза, – тот самый, почему над кораблями наших потомков Андреевский флаг, а их документы заверены печатями с двуглавым орлом.

– Мы проиграли эту войну? – резко повернулся к ему Сталин.

– Мы выиграли эту, может быть, самую тяжелую войну в нашей истории, но проиграли мир, товарищ Верховный Главнокомандующий, – с горечью ответил майор ГБ Санаев. – Но сначала… Лучше я ничего не буду говорить, просто язык не поворачивается. Прочтите все сами. Позволите? – Сталин кивнул, и майор ГБ Санаев, разорвав бумажный шпагат на картонной коробке с наклейкой «важное», достал толстую книгу в зеленой обложке.

– Спасибо, товарищ Санаев, – Сталин открыл книгу. Закладкой служила тысячерублевая купюра Государственного банка Российской Федерации. Сталин еще раз хмыкнул, поднял глаза на майора и неожиданно спросил: – Товарищ Санаев, вы обедали?

– Никак нет, товарищ Сталин, еще не успел, – вытянулся тот.

Сталин положил книгу на стол и нажал кнопку. В дверях появился секретарь.