Монстр

 – Не хочу, чтобы результат вышел противоположным. Вдруг она начнет жаловаться тебе на псориаз или попытается утащить в торговый центр за покупками?

– Не попытается, – уверенно ответила я.

Женщины с колясками обнялись на прощанье посреди улицы и разошлись в разные стороны. К горлу подступила тошнота, когда я осознала, что у нас с Сэмом может никогда не быть детей. Что для нас все может на этом закончиться.

– Я ей не позволю."

"Хантер кивнул и отошел в сторону, чтобы позвонить матери.

Оставшись стоять в одиночестве спиной ко всем остальным, я позволила слезам пролиться. Одна за другой горячие соленые слезинки стекали по моим щекам.

Мне нужно дать им волю, иначе захлебнусь.

Девятнадцатая

ЭшлингЧас спустя мама вошла в приемную. От врачей, занятых в операционной, по-прежнему не было никаких вестей. Несколько раз Спэрроу, Трой и Киллиан пытались заставить меня переговорить с администраторами, задействовать свои связи, раз я сама работаю врачом в этой больнице. Я заметила, что Дэвон и Хантер держались на удивление тихо и серьезно. Они знали.

Мама обняла меня за плечи и уткнулась лицом мне в шею.

– О, Эшлинг, как же это ужасно. Бедный Сэм. Надеюсь, с ним все будет хорошо. Хотя, полагаю, учитывая род его занятий, он получил по заслугам.

Я похолодела от ужаса. Оттолкнула ее от себя. Никто не слышал, что она сказала, но это и неважно. Я устала с пониманием относиться к ней и ее состоянию. Ее язык без костей и распущенные нравы влекли за собой последствия, и ей пора это понять. Я отступила назад.

– Я помолвлена с ним, – монотонно объявила я.

У нее отвисла челюсть. Видимо, братья скрыли от нее эту новость. Наверняка думали, что наша помолвка может оказаться недолгой. Что ж, это не так. Она не состоится только в том случае, если Сэм умрет.

– Эшлинг, ты не можешь… – Она схватилась за золотое колье и принялась взволнованно поправлять его на шее.

Мать надела черный бархатный костюм и прихватила сумку Chanel, и я запоздало поняла, что мне не давали покоя не только ее слова, но и то обстоятельство, что она не спеша наряжалась перед поездкой в больницу, когда я попросила ее приехать.

Она понизила голос, схватила меня за запястья и потащила в угол приемной, чтобы нас точно никто не услышал.

– Милая, он не для тебя.

Я отдернула руку и смерила ее сердитым взглядом.

– Ты не знаешь, что для меня хорошо, а что нет. Ты хочешь только одного: чтобы я оставалась в доме и обслуживала тебя.

– Милая! Какие глупости. Напротив, я…

– Не смей заканчивать это предложение, – предупредила я, выставив палец. – Я позвала тебя, потому что нуждаюсь в твоей поддержке, а не для того, чтобы выслушивать твое нытье. Вот как все будет впредь, мама. Ты будешь оказывать поддержку, а не только получать ее. Не станешь меня осуждать. Ты будешь матерью.