Неподчинение

Прошло два дня и края его уже истрепались, но все содержимое невредимо. Я не открываю его, когда рядом Ясмин. Малышка не в меру учена. Ей ещё пяти лет нет, я в этом возрасте только начал разговаривать, а она читает, говорит на двух языках, если конечно, сама захочет говорить, играет на фортепиано. Я почти уверен — если она увидит, она все поймёт.

Фотографии, несколько копий документов, один оригинал. Тоненькая стопка, выглядит совсем не солидно. Но это бумажки меняют правила игры целиком и полностью, не ввожу я их только потому, что боюсь за Зай.

— Имею ли я право спасать того, кто не хочет быть спасенным?

Мой голос звучит тихо. Я начинаю чувствовать себя немного Ясмин, у которой много своих особенных причуд. Я вот говорю с собой.

Имею ли? Закрываю глаза. Вспоминаю её шёпот. Как она выдыхала моё имя. У меня встаёт от одного лишь воспоминания, но это только секс. Гораздо важнее то, играла ли она. Нужна была ей моя помощь, или в игру, правил которой я не знал, нужно было втянуть ещё одного участника? Того, кто будет полностью на её стороне?

Сгреб все документы и сложил обратно в потрепанный конверт. Телефон тонко завибрировал. Я от него не избавился, не стал менять и номер. Моя трубка защищена полностью. Но сейчас, прежде чем взять трубку, смотрю внимательно на номер. Он мне не знаком. Отбиваю короткое сообщение Илье — они в курсе и ждут."

"Потому что я не верю в то, что Зай мне лгала. Просто не могу верить. Потому что Зай самое светлое, что было в моей жизни, и если отказаться и от неё, получится, что смысла в этой жизни особого и нет. Илья даёт отмашку, и я успеваю взять трубку, наверное, на последних гудках.

— Да? — коротко бросаю я.

И жду ответа. Не со страхом. С надеждой. Потому что это у меня трубка старая и надёжная. Динар номер поменял, возможно, мер осторожности принять просто не успел. Я жду его звонка второй день.

— Страшно тебе? — спрашивает Динар. — Думаешь о том, что тебе будет? Как тебя будут убивать? Ты просто быдло. Быдло и вор, вор, крадущий чужих детей. Поверь, твоя смерть будет очень долгой… почти такой же долгой, как смерть моей блядской жены.

Он блефует, в этом я уверен. Наверное, он под наркотой, она даёт людям ложное чувство уверенности в своих силах.

— Ты не боишься за свою дочь?

Динар смеётся. Сейчас он точно не боится ничего.

— Подожди, скоро и Таир узнает, — говорит он и сбрасывает звонок.

Таир должен узнать, и о многом. Сейчас меня волнует совсем не это, закуриваю снова, с удовольствием затягиваюсь, набираю Илью.

— Есть?

— Есть! — голос его дрожит от предвкушения. Он порядком обижен на Зай, но так молод, так горит энтузиазмом. Он жаждет спасать принцесс из плена, даже если они травят его таблетками. — Определить смогли только район, но наши поиски конкретно сузились. Сейчас бросим туда все силы.